— Магри? — насторожился Брехт.
— Да. Ты слышал о крылатых колдунах, именуемых магри? Их страна находилась чуть дальше к северо-востоку. — Почтенный Локай указал плетью направление. — Легенды говорят, что, когда черные магри попытались завоевать мир, их сумели остановить только твои сородичи, плечом к плечу с которыми встали Перворожденные!
Брехт несколько раз кивнул, всматриваясь в горизонт. Родина народа Сорки находилась чуть в стороне от цели их пути, и с каждым днем они все больше от нее отклонялись! Караванная тропа постепенно сворачивала на юг, двигаясь кратчайшим путем, а им бы надо двигаться на северо-восток. Привстав на стременах, он вгляделся в даль. Острый взор заметил какие-то странные холмы.
— А там что?
— Где?
— На севере! Холмы…
— Дурное место. — Почтенный Локай быстро осенил себя знаком, отгоняющим зло, и поцеловал висевший на груди амулет. — Там в старые времена гнездилось зло, и, после того как девять тысяч лет тому назад его уничтожили, лишь проклятые магри рискнули там поселиться. Но следы зла остались в той земле, и магри поплатились за свою беспечность. Зло проснулось и захватило их души, превратив в своих рабов. Говорят, это зло еще в третий раз поднимет голову, и тогда мир падет окончательно.
Против воли Брехт задержал взгляд на странных холмах. Ему вдруг ужасно захотелось пришпорить коня и поскакать в ту сторону. Девять тысяч лет… Именно столько времени прошло с тех пор, как орки, его предки, попали в рабство к эльфам. Тогда тоже поднимало голову зло, под чьими знаменами стояли орки. Зло стерло с лица земли многие города и страны, и люди долго восстанавливали разрушенное, практически начав цивилизацию с начала. Именно с тех пор в народе живет благодарность к эльфам за спасение. Впрочем, в мире нет ничего постоянного — и вот уже нанять орка (порождение зла!) в телохранители — большая удача, а потомки «спасителей мира и воинов Света» идут на рабских рынках с молотка…
Задорный крик вывел Брехта из задумчивости. Мимо на соловой кобылке проскакал Льор. Так получилось, что мальчишку-эльфа в караване полюбили, его баловали и старались сунуть что-то вкусненькое, как ребенку, хотя те же торговцы в свое время гоняли на продажу в Эздру рабов-эльфов.
— Брехт! — послышался звонкий голос. — Смотри, как я могу!
На скаку Льор бросил повод и одним прыжком вскочил на спину своей кобылки, встав на седло ногами.
— Расшибешься, олух! — гаркнул ему вслед Брехт.
— Хороший мальчик, — вздохнул почтенный Локай. — Продал бы ты его, а?
— Нет, — ощетинился Брехт, — Льор не раб! Он — брат моей…
— Э, ты кому это говоришь? — усмехнулся торговец. — У мальчика коротко обрезаны волосы, он подчиняется твоим приказам, готовит тебе постель, чистит твоего коня и бледнеет, когда слышит свист бича, которым погонщики собирают табуны. Скажи, сколько ты хочешь за него, и я дам вдвое больше. Сейчас его сородичей больше не выставляют на торги, и цена взлетела до небес. А в Эздре тебе с ним будет много хлопот. Его могут украсть…
— Нет, — Брехт проследил за скачущим Льором, который, снова запрыгнув в седло, коленями заставил кобылку развернуться назад. — Я дал ему свободу и не хочу забирать этот дар назад!
— Смотри, — покачал головой почтенный Локай. — Я тебя предупредил!
Ближе к вечеру поднялся ветер. Последние два дня стояла удушающая жара, и Брехт с удовольствием стянул тунику, подставляя ему голую грудь. Но остальные караванщики заволновались. Бичи защелкали громче, погонщики сбили коней в один плотный табун.
— Это злой ветер. — Почтенный Локай вертелся в седле, то и дело сжимая в кулаке амулет. — Он несет зло!
— А по-моему, он несет прохладу! — Брехт слегка запрокинул голову, позволив ветру развевать его волосы. — Мне так надоела жара!
— Поверь, гурх, лучше еще несколько дней потерпеть степной зной, чем ощутить на себе дыхание смерти! Это ветер с мертвых земель! Мы должны как можно скорее отсюда убраться!
Караван ускорил ход. Быки перешли на быстрый шаг, племенных кобыл погнали вперед рысью. Люди то и дело с тревогой оборачивались на север, словно вслед за ветром должно прийти нечто большее и ураган — лишь его предтеча.
— Тебе нравится ветер, Брехт? — прозвучал голос Льора. Юноша уже некоторое время дисциплинированно ехал рядом.