— И выплыл? — Льор подошел ближе.
— Почти. Там водоворот был, у меня ногу свело. Я тогда совсем пацаненком был, всего десятое лето жил на свете. Сразу начал тонуть…
— И как же?..
— Брат старший вытащил. Тот, который потом погиб, не успев жениться.
Брехт помолчал, вспоминая. По злой иронии судьбы брат погиб самым первым и был захоронен где-то на границе Кораллового Острова. Другой брат сложил голову в битве за поместье-столицу, где потом довелось служить самому Брехту, где могила третьего брата, никто не знал. Решительно тряхнув головой и отгоняя грустные мысли, Брехт сделал несколько быстрых шагов, взмахнул руками и нырнул навстречу волне, краем уха услышав, как восторженно вскрикнул Льор.
Чувство опасности пришло одновременно с ощущением, что пора вылезать: вода оказалась все-таки по-зимнему холодной. Вынырнув в очередной раз, Брехт увидел рядом качающуюся на волнах макушку Льора, но не успел крикнуть юному эльфу, чтобы выбирался на берег — кажется, поднимается ветер, — когда взгляд его упал на небо и все слова застряли в горле.
Ночь распростерла над миром свои крылья — зимняя беззвездная ночь (по поверьям многих рас, звезды тоже засыпают на зиму и начинают снова ярко сиять только после праздника Середины Зимы). Было довольно темно, но для хорошо видящего в темноте орка не составило труда различить несколько крылатых теней, что стремительно неслись к ним. Это были драконы — десять драконов, некоторые несли на себе по два седока. Один за другим вынырнув из-за облаков, они летели прямо на Терезия и Сорку, которые, не рискуя лезть в воду, в облике людей сидели на берегу.
— Сзади! — гаркнул Брехт и саженками поплыл к берегу, чувствуя, что не успевает.
Свист крыльев приземляющихся зверей не услышать было невозможно. Девушка и князь встрепенулись и, не придумав ничего другого, кинулись бежать по пляжу, держась за руки. Один из драконов отделился от остальных, закладывая вираж и пытаясь остановить беглецов. И тогда произошло невероятное: Сорка сменила облик. Случилось это на бегу. В самый последний момент девушка дернула Терезия на себя, и, когда она взлетела, получилось так, что молодой князь оказался у нее на спине. Изумление, чувствовавшееся в слитном вопле драконов, смог распознать даже подплывший к берегу Брехт. Льор догнал его в несколько рывков и крепко ухватился за локоть.
Отчаянно хлопая крыльями, Сорка стремительно уходила вверх, стараясь увернуться от шести драконов, ринувшихся ей наперерез. Терезий смуглым пятном выделялся на ее спине. В какой-то миг один из драконов подобрался к ней со спины. Всадник взмахнул рукой. Блеснула вспышка молнии — и Терезий соскользнул вниз.
Не-э-эт!
Сложив крылья, Сорка камнем ринулась вниз, безжалостно расталкивая драконов, которые пытались ей помешать. Кого-то она ударила крылом, вернее, когтями, росшими на крыле, кого-то пихнула задней лапой, кого-то цапнула зубами — и прорвалась. Легко подхватила обмякшее тело задними лапами и осторожно опустилась на землю.
Брехт и Льор уже бежали к ней, но путь им преградили остальные драконы. Вернее, всадники-мужчины, которые успели спешиться. Руки у них были свободны, но Брехт вспомнил, что один магри голой рукой выпустил молнию, и решил не считать всю компанию легкими противниками. Тем более что у двоих оружие было — что-то вроде толстых упругих бичей.
Один вдруг взмахнул руками и рухнул, получив в лоб камнем.
— Есть! — воскликнул Льор.
— Беги! — крикнул ему Брехт, кидаясь на остальных. — Гэхрыст! — выкрикнул он имя древнего бога, как боевой клич. — Гэхрыст!
Молодой орк был немного крупнее и выше своих противников — самый высокий едва доставал ему макушкой до виска, поэтому, когда он кинулся на них с кулаками, первые несколько ударов магри пропустили. Двое отлетели прочь, как куклы, даже не успев как следует ответить. Лишь третий успел обвить вокруг Брехтова запястья свой «бич» и дернул так сильно, что молодой орк невольно взвыл. Ему показалось, что кожа лопнула и на рану сыпанули солью. Зарычав от злости, он перехватил «бич» второй рукой, рванул на себя, обезоруживая противника, но, видимо, в оружии магри была какая-то магия, поскольку «бич» не повис в чужих руках, как простая плетка, а зашевелился, как живой, и попытался свободным концом обмотаться вокруг второго запястья орка. Пытаясь стряхнуть внезапно оживший «бич», Брехт потерял драгоценные секунды. Ему удалось справиться со странным оружием, и он уже перехватил его за конец, собираясь использовать в драке, когда пронзительный крик заставил его обернуться.
Кричал Льор. Запястья юноши были стянуты «бичом». Судя по тому, как извивался юный эльф, он испытывал сильную боль.