Было страшно и жутко. Слезы катились по щекам, и юноша слизывал их, но крепился и до крови кусал губы, чтобы сдержаться и не заверещать от страха. Он не боялся высоты, но темнота давила. Какое счастье, что впереди слышно ровное дыхание самого надежного, самого доброго, самого лучшего орка в мире! Он же с ума сойдет, если останется тут совсем один! Да когда же этот проклятый ход кончится? Или — по аналогии с драконьей системой пищеварения — они из «задницы» должны попасть в «кишечник», потом — в «желудок», а уже дальше, через «пищевод», и в «пасть»? А там что? Зубы? Или… Додумать эту мысль Льор не успел: впереди показался тусклый свет. Сначала он был настолько слаб, что юноша подумал, что это его глаза наконец-то привыкли к мраку. Но с каждым шагом становился все ярче. Вскоре уже можно было различить силуэт шагавшего впереди орка, и эльф понял, что они приближаются к источнику света. Наверное, это были заросли светящихся грибов или колония личинок…
Ни то ни другое! То есть это была светящаяся плесень, но покрывала она сложенные горкой плоские камни так, что образовывалось некое подобие бездымного «костерка», вокруг которого уютно расположилось трое незнакомых орков!
— А вот и Дарт! — хрипло промолвил один, вставая. — Долго ты бродил!.. Ого, а кто это с тобой?
Уже шагнувший в пещерку Льор оцепенел. Что произошло? Куда делся Брехт? Как получилось, что, следуя за своим орком след в след, он оказался за спиной у совершенно постороннего? Первой мыслью было — бежать. Юноша отшатнулся в спасительную темень, но тот, кого назвали Дартом, молниеносно выбросил мощную руку и цапнул Льора за рубашку, подтаскивая ближе.
— Ого! — В лицо пленнику пахнуло изо рта. — Так это ж светловолосый!
— Ну и ну! — Остальные орки мигом обступили их, хватая эльфа за руки. — Девочка! Молоденькая!.. Нежная!.. Сочная, наверное!.. А ну-ка…
Юноша завопил во все горло, когда почувствовал, как его лапают, совершенно не стесняясь.
— Во блин! — Тот орк, что беззастенчиво сунул руку ему в штаны, брезгливо отдернул ладонь и произнес несколько слов на своем языке. — Парень! А с виду — чисто девка!..
— Точно?
— Сам проверь! — Орк все тер ладонь о штаны, словно невесть в чем выпачкался.
— М-да… И чего с ним делать?
— А чего? По закону военного времени. — Третий орк выразительно провел ребром ладони по горлу.
— Так вроде того… мир же? Указ императора и…
— А мы тут чего? Мы тут не просто так, а тоже по указу того же императора! Здесь тайный ход. Он про него узнал!.. А наша задача какая? Чтоб никто посторонний… Он этот самый посторонний и есть! Для таких, как он, особый указ!.. Что непонятно?
Орки переглянулись и сумрачно кивнули.
Льор понял, что сейчас его убьют, и заорал во всю силу легких. От его вопля родилось эхо, такое мощное и пронзительное, что стражу тайного хода аж скрючило, но рук никто не разжал. Наоборот, едва Льор набрал воздуха для нового вопля, как ему от души врезали по шее, заставив заткнуться.
— Любишь кричать? — Дарт схватил его за горло. — Ну тогда мы тебе предоставим такую возможность! Сейчас ты будешь кричать очень долго и много…
— Сомневаюсь.
Болтавшийся в чужой руке Льор всхлипнул от облегчения, а вот орки удивленно обернулись. Они не заметили, как кто-то выбрался из другого отнорка.
— Отпусти мальчика.
— Ты чего? Ты кто? Откуда и зачем? — загомонили трое стражей. Четвертый молчал, все еще держа Льора, и пришелец смотрел только на него, как будто остальных не существовало.
— Я же тебе говорил — не отставать! — обратился Брехт к юноше. — А ты… Счастье, что я по своим следам вовремя подоспел… Пошли, я выход нашел! Да отпусти ты его, кому говорят!
Он шлепнул по руке Дарта, и тот с неохотой разжал пальцы.
— Ты кто? — выдавил он.
— Глаза дома забыл? — буркнул Брехт, ловя Льора за локоть.
— Нет, погоди. — Один из стражей поймал Брехта за рукав. — Ты посторонний! А у нас приказ — всех посторонних…
— Я не посторонний! — тихо рыкнул тот. — Мальчик — со мной! Вопросы есть?
— Брехт, сзади!
Орк среагировал на крик юного эльфа машинально — вслепую выбросил назад и вбок правую руку, в которую, как живой, сам собой прыгнул боевой нож, и напоровшийся на острие страж захрипел, хватаясь за рану руками и сгибаясь пополам. Не тратя времени на то, чтобы провернуть нож в ране, Брехт просто выдернул его и круто развернулся на пятках, локтем левой руки задвинув за спину юношу. Копье Гэхрыста само шевельнулось, притороченное к самодельным ножнам на спине, но осталось на месте — не хватало еще, чтобы на нем осталась кровь соплеменников.