— Давай-давай, малыш, — Брехт по-своему истолковал его молчание и ободряюще потрепал по плечу. — Мы верим в тебя!
Просияв, юноша сделал шаг вперед, осматривая небо, словно выискивая там что-то заметное только ему одному. Тан оторвал взгляд от стройной фигурки и обернулся на заросший кустарником склон. Видящая осталась наверху с лошадьми. И даже хорошо, что ее тут нет. Бывший фьордер не доверял женщинам, особенно наделенным магической силой. Кто знает, как она себя поведет, если почувствует, что и Льор — тоже… Одноглазый эльф чувствовал свою ответственность за мальчишку: он был готов костьми лечь, чтобы Льору не пришлось пережить то же, что и ему.
Внезапно налетевший порыв ветра ударил всех в лица. Он был такой мощный и неожиданный, что все отступили, закрываясь руками, и только юноша остался на месте. Ветер со свистом несколько раз облетел вокруг эльфа, взъерошив его волосы и плащ, закрутился в небольшой торнадо и со свистом умчался куда-то.
— И это все? — несколько разочарованно протянул король Кейтор. — Волшебство кончилось?
— Не совсем, — объяснил Тан. — Просто ветер… его нельзя увидеть…
— Ага! И что, нам теперь тут стоять и ждать?
Раздвигая посохом ветки кустов, к ним осторожно спустилась Видящая.
— Что тут было? — подходя, напустилась она на мужчин. — Я почувствовала… О, Покровители! — Взгляд ее остановился на оцепеневшей с раскинутыми руками фигурке. — С ума сойти!
— Могу обещать тебе это, если ты кому-нибудь ляпнешь о том, что видела, — промолвил Тан. — Если хоть одна твоя сестра узнает…
— Кто? — всплеснула руками девушка. — Ордена уже третий год не существует!
В это время за спиной спорщиков Льор вздрогнул, взмахнув руками. Брехт, не сводивший с него глаз, шагнул ближе:
— Что?
— Она… ушла, — каким-то чужим, помертвевшим голосом произнес юный эльф. — И я… иду за нею…
— Что?! — перебивая друг друга, закричали Брехт и Тан. — Куда? Зачем? Ты…
Но тело Льора вдруг как-то странно выгнулось, словно у юноши не стало костей. Он взмахнул руками, закатил глаза и практически без сознания осел на руки подбежавших друзей.
— Что с ним?
Отстранив орка и эльфа, молодая волшебница склонилась над бесчувственным телом. Льор лежал на земле, все еще выгнувшись дугой и словно окаменев. Глаза его были полуприкрыты, лицо напряжено. Видящая осторожно дотронулась до его лба, коснулась кончиками пальцев некоторых точек на шее и запястьях, потом проделала несколько пассов.
— Ничего не понимаю, — сказала она наконец.
— Что? Что с ним? — Орк и эльф, забыв недавние споры и разногласия, с одинаковой тревогой заглядывали ей в лицо с двух сторон. — Он будет жить?
— Жить-то будет… смотря с кем, — неожиданно спошлила девушка и добавила совершенно серьезно: — Я не понимаю, как он это сделал!
— Да что? Что?
— Он в трансе. Обычный магический транс, который насылают, если нужно проделать нечто очень важное, дабы… э-э… не отвлекаться на внешние раздражители. Но как он смог это проделать без предварительной подготовки? Нет, конечно, это возможно, но… я знаю недостаточно о природе магического транса, чтобы что-то сделать!
— И что теперь? — Тан опустился на колени перед нелепо изогнувшимся телом. — Он так и останется…
— Ну, теоретически есть три варианта. Первое: он не сможет самостоятельно выбраться из транса и… Но это самый крайний случай… Второе: он придет в себя самостоятельно через некоторое время, когда исполнит то, зачем погружался в транс… И третье: его оттуда должно что-то вырвать насильно.
— Это опасно для жизни? — продолжал допытываться Тан. — Он может умереть?
— Умереть можно в любом случае. Если не сумеет самостоятельно выбраться из транса, он банально скончается от голода… Если окажется не в силах выполнить то, зачем погружался в транс, и если выполнение потребует слишком много сил, он не сможет самостоятельно вернуться, и тогда душа покинет тело… Если его кто-то или что-то вырвет из транса насильно, возможна травма, от которой его рассудок не оправится…
— Вот… — Тан выругался с чувством, толком и расстановкой, не стесняясь короля и женщины. Брехт тоже от себя добавил парочку крепких выражений. — И что теперь делать нам?
— Ничего. — Волшебница выпрямилась. — То есть много чего… Привести лошадей. Разжечь костер. Разбить палатку. Принести воды.
— Не понял, — очнулся Брехт. — Ты чего командуешь?
— А того, что его нельзя переносить с места на место. Нам придется разбить лагерь прямо тут до тех пор, пока что-нибудь не прояснится.