Драконица взревела, забегала по залу, изо всех сил мотая головой и пытаясь стряхнуть с себя мужчину.
— Стой! — закричал он. — Стой! Посмотри на меня! Ну же! Посмотри!
Выпученный глаз крутанулся в орбите и повернулся в его сторону. Дрожь прошла по крепкому телу драконицы. Она еще несколько раз дернула головой, но Каспар держался взглядом за ее вертикальный, чуть расширенный зрачок, не давая самке отвести глаза, и постепенно она успокоилась и остановилась, опуская голову.
— Вот так, вот так, моя девочка. — Врач коснулся ногами пола. Одной рукой он все еще держался за ее ноздрю, а другой тихо гладил драконицу по носу и скулам. — Молодец! Все хорошо! Я с тобой! Я рядом! Я…
— Нет! — послышался звонкий голос молодого мага, о котором все забыли. — Я уничтожу тебя!
Рука, только что сжимавшая ноздрю, бессильно разжалась, повиснув плетью. Каспар задохнулся — ему вдруг перестало хватать воздуха. Сильно закружилась голова. В глазах потемнело. Ощущения были точь-в-точь такие, как в тот раз, когда его душа покидала тело, чтобы переселиться в другое, но на сей раз…
Уже падая на каменный пол, он услышал над собой трубный глас драконицы. Его ощутимо приложило хвостом, потом послышался слабый вскрик, и наступила темнота…
— Ну вот что мне теперь прикажешь делать? Тебе-то хорошо, ты…
— Фр-р-р…
— Прости, тебе не хорошо, но все равно — я не могу этого так оставить!
— Ум-г-х… — Утробный вздох.
— Пойми, это мой долг! Я не могу поступить иначе.
— Ур-р-р…
Змееныш приоткрыл глаз, скосив зрачок в сторону источника звуков. Еще не подавая явных признаков жизни, он сразу понял, что не один, а сейчас, посмотрев в сторону, стал свидетелем странной картины.
Драконица сидела, опираясь костяшками крыльев об пол и дугой изогнув длинную шею так, что ее голова практически нависала над стоявшим перед нею на коленях мужчиной. Опустив голову, изображая из себя раскаяние, он тем не менее читал огромному зверю нотацию!
— Тебе стоило бы соразмерять силу, — говорил беловолосый мужчина, глядя в пол. — А что будет, если он так и не очнется?
— Гр-х-х-х…
— Он очнулся?
— Да. — Змееныш одним прыжком оказался на ногах и вскинул правую руку. Пальцы машинально сжались, готовя удар. Теперь одно движение — и сгусток магической силы огненным шаром ударит в коленопреклоненного беловолосого мужчину.
Тот взглянул на него через плечо. Глаза его сверкнули двумя яркими золотыми точками. Точно так же — только сильно отдавая в красноту — обычно сверкали глаза оборотней.
— Кто ты? — выдохнул Змееныш.
— Магри, — ответил Каспар.
— Никогда не слышал о такой расе!
— И тем не менее она существует… то есть существовала. Мы вымираем, нас осталось мало… Эльфы считают, что лет через пятьсот нас не останется совсем. То есть, — он подавил вздох, вспомнив, что ему сказали о судьбе оставшихся в Эвларе соплеменников, — нас практически уже нет… Я последний! И ты хочешь меня убить! Тогда убивай!
Странное спокойствие, с которым пленник произнес эти слова, заставило Змееныша дрогнуть. Огненный шар, сорвавшийся с его пальцев, полетел к Каспару, но наткнулся на крыло драконицы. Отчаянный рев раненого зверя сотряс стены старого замка. Сгусток магического пламени проделал в перепонке дыру, обуглив края. Противно и резко запахло паленым. Драконица метнулась прочь. Хвост ее хлестнул по воздуху, сбив с ног обоих мужчин. Наткнувшись мордой на стену, раненая драконица круто развернулась. В глазах ее заполыхал огонь ненависти, пробившийся сквозь боль. Яростно зарычав, она сразу заметила двух мужчин и атаковала.
Каспар ушел с линии атаки, кувыркнувшись назад через голову. На какой-то миг ему стало страшно — вдруг тело не выдержит, — но позвоночник прогнулся. В солнечном сплетении родился огонь. Ловко приземлившись на ноги, он заметил, что молодой маг успел выставить невидимый щит, о который сейчас билась драконица. Она раз за разом кидалась на него всем телом, вопила и рычала, и было заметно, с каким трудом сдерживает ее обидчик. Не было сомнений: еще чуть-чуть — и мощь раненого зверя перевесит.
Сорвавшись с места, Каспар бросился вперед и одним прыжком запрыгнул на крестец разъяренного зверя. Пробежав по хребту, он вскочил ей на загривок, стискивая коленями шею и наклоняясь вперед, чтобы нащупать на горле нужные точки. Давить пришлось не пальцами, а кулаками, но постепенно задыхающаяся драконица остановилась. В левом крыле ее зияла большая — с локоть — сквозная дыра. От жара кровь запеклась и не текла, но животное все равно испытывало страшную боль. Опираться на это крыло драконица не могла и еле сохраняла равновесие.