Стоп! Нет! Собраться! Встряхнуться и выбросить из головы как этот мягкий, дурманящий разум и душу зов, так и собственные сомнения. Рано успокаиваться! Сначала он должен…
Брехт рванулся к разверзающейся навстречу пасти.
— Не-э-э-эт! — догнали его два отчаянных вопля, но Брехт только прибавил шагу. Невидимые руки помогли ему, подталкивая и сообщая дополнительную силу. Он внезапно оттолкнулся от земли, в длинном прыжке взмывая вверх и занося над головой талгат.
Испуганный крик перешел в отчаянный визг, когда орк взлетел над тем, что еще недавно было изваянием, застывшим на возвышении, и со всего маха до рукояти всадил свое оружие в самую сердцевину. Лезвие погрузилось с противным чавканьем, орка обдало зловонием, на лицо и руки хлынула едкая слизь, от которой сразу зачесалась кожа. Отплевавшись, Брехт яростно провернул талгат в ране и поскорее отскочил в сторону, прокатившись кубарем и давя локтями и коленями остатки высушенных костяков. За его спиной странное образование дергалось в судорогах, разбрасывая во все стороны слизь.
Не теряя времени, Брехт вскочил снова и замахнулся талгатом, оставив на странном существе длинную зарубку.
— Ага! Не нравится?
…Впервые пещера чувствовала страх. Впервые жертва оказывала ей сопротивление. И впервые пещера решила ответить ударом на удар.
— Брехт! Брехт! Назад! Она рушится!
— Бесполезно! Он тебя не слышит!
— Что же делать?
— Погоди-ка… Брехт! Ну Брехт же!
Врешь, не возьмешь!
Брехт, это я, Сорка! Уходи оттуда! Скорее!.. Пещера вот-вот обвалится!
— Брехт, не надо! Возвращайся!.. Что же делать? Он нас не слышит!
— Давай вместе!
— Бре-э-эхт!!!.. Ничего не выходит…
Взявшись за руки, Сорка и Льор попятились к выходу. В сердце пещеры творилось нечто невообразимое. Потолок и пол ходили ходуном, странное образование металось, дергаясь в конвульсиях, с потолка сыпались камни, в воздухе пеленой висела костяная пыль. Чихая и кашляя, юноша и девушка добрались до выхода и остановились на пороге, во все глаза глядя назад.
Пещера шевелилась, словно пасть огромного зверя. Слышался скрежет и хруст, пыль стояла столбом, и сквозь ее завесу с превеликим трудом можно было разглядеть фигуру орка, отчаянно рубящего странный силуэт. А потом пол и потолок содрогнулись, по стенам прошел спазм боли, и свет померк.
Послышался треск — свод пещеры обрушился, спеша похоронить под собой все. Из этого кошмара на них вылетел Брехт, сгибаясь и закрывая рукой голову. Не останавливаясь, он пронесся мимо, и Сорка с Льором бросились за ним.
…Пещера перестала существовать.
Скорее чудом, чем по трезвому наитию, через несколько минут сумасшедшего бега они наткнулись на небольшое подземное озерцо, куда Брехт прыгнул прямо в одежде, расплескав добрую треть воды, и принялся яростно отмываться от слизи, покрывавшей его одежду, лицо, волосы и руки. Все еще держась друг за друга, Сорка и Льор смотрели на него с берега. Наконец мокрый с ног до головы орк выполз на берег и разлегся на камнях, разбросав руки и ноги. С его одежды обратно в озерцо текла вода. На поверхности плавали ошметки слизи.
— Хорошо, — нарушил он молчание, глядя в слабо светящийся потолок.
— Что это было? — Сорка села на корточки.
— Зов пещеры, — с неохотой отозвался орк. — Дядя рассказывал, что под землей есть такие… ну… — он сделал неопределенный жест, — такие образования… Точно никто не знает, что это, потому что никто не выживал после встречи с ними. Некоторые говорят, что это — твари Бездны. И что их разбудили и вызвали к жизни темные альфары и другие подземники, которые просто-напросто в один прекрасный момент, роя тоннели, докопались до нижних слоев. Другие считают, что это горы так защищаются от незаконного вторжения, как бы регулируя численность подземников, ибо пещеры могут прокормить строго определенное количество обитателей. Периодически эти… э-э… живые пещеры съедают лишних. Как хищники в лесу уничтожают больных и слабых животных, чтобы выжили сильные и здоровые. Трака Длиннобород был темным альфаром и попался в ловушку.