Три лебедя. Сегодня на обратном пути вдруг показалось, что кто-то сзади едет, нагоняет, непонятно на чем. А это три лебедя пропилили, почти касаясь воды, на расстоянии выстрела.
Туман. Собак вспоминала. Тут с ними строго, но хвосты не обрубают никому. Она смотрит на туман на море.
Рыжий котишка-свентяшка вышел вечером — так и не встретилось ни одного человека. Рыжий эндемик острова, мрачная морда.
Размолвка лебедей. Когда она возвращалась, видела летящего лебедя — на Север. Он летел очень низко, почти касаясь воды. Наконец приводнился. Через некоторое время показался еще один. Он появился точно с того же места и летел так же — низко над мелкой волной.
Ну сейчас плюхнется к первому. Не долетел до первого, еще на значительном расстоянии от него он вдруг набирает высоту, пролетает высоко над первым, летит так некоторое время, но поворачивает, делает полукруг, не снижая высоты, снова улетает, удаляется, еще раз поворачивает, и на этот раз, также не снижаясь, улетает, летит все дальше, к северу, и садится на воду очень далеко — почти неразличимый. Интересно, что он не то что плюхается рядом с товарищем — извини-подвинься, круг-то он не делает прямо над ним, а так, вежливо, возвращается немного — я тебя вижу... он пролетел мимо — прислушался — его не позвали — в нерешительности немного сделал как бы несколько шагов навстречу — не услыхал приглашения разделить компанию и улетел.
Стихи Елицы Олан:
Твое письмо я очень люблю, жалко, что больше ты не писал, оно было бы очень впору.
У тебя, наверное, легкая рука, потому что, как только я прочитала твои пожелания равновесия и спокойствия, — сразу стало ясно, что о моем теперешнем состоянии иначе и не скажешь.
Уже несколько дней происходят сильные магнитные бури, по всей Финляндии в эти дни было видно северное сияние, у них это называется «лисьи огни» (считается, что, когда лисичка бежит, ее хвост высоко взметает снег — и он блестит и от него звезды).
Я тебе, наверное, говорила, что давно наблюдаю влияние дней солнечной активности: в такие дни отказывают приборы и происходят помехи не только на коротких волнах «Свободы»; в это время всегда растет число происшествий на дорогах, чаще случаются ссоры, вспышки агрессии, убийства.
Многие уверенные в себе люди не желают признавать зависимости от каких-то природных сил, но я думаю, что это грех гордыни — человек часть мироздания и так же подвержен законам природы.
Кстати, в словаре Даля об этом понятии — гордость — говорится мало и неодобрительно. Куда больше, например, про слово «кабан».
Сон, еще во сне осознанный как притча и во сне удивленно пересказываемый, а к утру почти забывшийся, однако: мужик поехал на станцию за почтой на телеге. Ему нагрузили одно большое письмо и много других, оно не помещалось и мешало остальным. Он долго раскладывал так и этак, но у него не получалось. Тогда он стал выбирать, что важнее: одно большое письмо или много маленьких других, думал, думал, не взял ничего, плюнул и уехал.
К чему бы это?
Запоздалые ответы — их месяцами таскаешь в сумке, эти недописанные письма, они со вздохами, чувством вины, но зато и с продолжением разговора...
Ты пишешь, что сюжеты Шагала тебе напоминают меня. А я как раз читаю сейчас его книгу «Моя жизнь».
Ты всегда спрашиваешь про наши новости. А ты сам возьми и расскажи, например, о... но самое лучшее: а я вчера...
Каждый день что-нибудь важное происходит — окинешь взглядом — может, это и не так.
Вчера слушала о Майкапаре. Неужели это именно та музыка, в которой мы жили в нашем доме на Некрасова. И за стенкой в школе, и ученики, которые приходили к нам, и сама играла.
Добропорядочный медведь. А мне вчера один подвыпивший работяга рассказал про медведя, который приходил из леса на станцию Усть-Луга и общался с народом. Медвежонком он плавал на военном корабле, а потом его списали на берег. Однажды он завалил пьяного в лужу и потрепал. Стали думать, что с ним делать, и решили — если заляжет в спячку, то не трогать. Он наелся диких яблочек, прочистил желудок и благополучно удалился в берлогу.