– Почему? Да потому что это невозможно.
– Но я не вижу препятствий. Оба в вашей власти, вы можете диктовать любые условия.
Урага, впечатленный доводом, некоторое время молчит и думает. Помогая себе мыслить, он курит еще более сосредоточенно, чем прежде.
– И каков ваш совет? – спрашивает он наконец.
– Я уже его дал, полковник. Договоритесь с Мирандой. Зная, что его жизнь в ваших руках, он будет покладист. Истребуйте от него обещание, клятву, если нужно, дать согласие на ваш брак с его сестрой. Одновременно определите приданое, которое хотите получить за ней. Оно будет вполне достаточным, чтобы обеспечить вам изрядный доход. Вот как я поступил бы на вашем месте.
– Здесь Миранда может дать согласие. Но каковы гарантии, что он не откажется от своего слова, стоит нам прибыть в Альбукерке?
– Нам нет нужды ехать в Альбукерке и давать ему шанс. Вы наверное забыли, сколько церквей можно найти по пути отсюда до города, и сколько не слишком щепетильных священников. Например, есть кюре Антон Чико, и его преподобие, спасающий души грешников в пуэблито Ла-Мора. Любой из двоих обвенчает вас с сеньоритой Аделой и не станет задавать лишних вопросов, если вы получит щедрый взнос за совершение брачного обряда. Раскрыв мошну, вы обеспечите церемонию вопреки любым протестам. Но их и не будет.
Урага поджигает очередную сигару и курит, погрузившись в размышления. Совет подчиненного повлиял на него, заставил посмотреть на дело в ином свете. В конечном счете, какой вред в том, если Миранда останется жив? Для него ужасная месть состоит уже в том, чтобы видеть сестру женой того, кого она с презрением отвергла. Но если дон Валериан, если они оба откажутся, что тогда?
Этот вопрос обращен к Роблесу.
– Ваше положение ничуть не ухудшится, – отвечает адъютант. – Вы сможете вернуться к плану, на который намекали, но в который решили меня не посвящать. Определенно, попробовать сначала прибегнуть к моему плану, что не повлечет никакого вреда. Результат будет известен в десять минут.
– Я попробую, – восклицает Урага, вскакивая на ноги и поворачиваясь к выходу из палатки. – Вы правы, Роблес. Это запасная тетива к луку, о которой я думал. Если она выдержит, прекрасно. А если лопнет… В таком случае, прежде чем завтра солнце встанет над нашим лагерем, гордая дева потеряет брата, и единственным ее шансом обрести защиту будет принять руку Хиля Ураги.
С этими словами полковник тушит окурок сигары и широким шагом покидает палатку в намерении либо добиться от Аделы Миранды согласия на помолвку, либо подписать ее брату смертный приговор.
Глава 66. Жестокое искушение брата
Выйдя из палатки, Урага в задумчивости останавливается. Предложенный Роблесом образ действий кажется вполне разумным. Если добиться согласия девушки, остальное можно уладить без труда. В приграничных пуэблито сыщется достаточное количество священников, готовых склониться перед властью более могущественной, чем власть церкви – даже в Мексике, этом раю для падре. Золото перевесит все сомнения по поводу законности брачной церемонии, какими подозрительными не выглядели бы, обстоятельства, при которых жених и невеста идут к алтарю. Уланский полковник прекрасно это понимает.
Но есть еще моменты, которые следует хорошенько обдумать, прежде чем давать делу ход. Эскорт не должен знать лишнего. Тут десять человек, все головорезы, как на подбор, питающие к командиру братские чувства. У каждого за плечами какое-нибудь преступление, а многие запятнали душу убийством – ничего странного для мексиканского солдата при режиме Санта-Анны. Этот факт и среди офицеров не редкость.
Отделяясь от главных сил, Урага подбирал людей с прицелом на исполнение зловещего замысла. Эти ребята как раз из тех, кто поможет в любом кровавом деле. Стоит ему отдать приказ расстрелять или повесить пленников, они выполнят его с готовностью спущенных со сворки гончих, радуясь жестокой забаве. Но все же полковнику не хочется посвящать их в тайны нынешнего своего плана. Уланам ни к чему слышать разговор, который он собирается завести с пленниками, и способ избежать лишних ушей приходит на ум сам собой.
– Ола! – окликает он кавалериста с шевроном на рукаве, старшего среди прочих. – Подойдите-ка сюда, сержант!
Сержант подходит и берет под козырек, ожидая дальнейших распоряжений.
– Командуйте седлать лошадей! – бросает Урага.
Приказ отдан, и вскоре солдаты стоят у стремени, пытаясь понять, по какой надобности их так неожиданно отправляют.