Рвение колонистов неудивительно – они в отчаянии, их близкие угодили в плен. У каждого своя жестокая потеря. Возможно, именно в эту самую секунду чья-нибудь любимая жена, нежная дочь, добрая сестра или прекрасная возлюбленная бьется в лапах смуглого дикаря. Стоит ли гадать, почему для этих людей каждый час тянется, как день, минута – как час.
Пусть и движимые иными мотивами, союзники поселенцев по преследованию, рейнджеры, стремятся в бой ничуть не меньше. Вышло так, что этой роте частенько приходилось отражать набеги тенавов, и не раз быть обманутой хитрыми уловками краснокожих. Теперь рейнджеры горят желанием поквитаться за прошлые неудачи. Дважды гнались они за отступающими дикарями, и оба раза возвращались с пустыми руками. Теперь, когда шансы на успех выглядят весомыми, молодежь из отряда кипит от нетерпения схватиться с красными грабителями, да и у старших кровь бурлит почти так же страстно. Они напоминают собак, взявших горячий след: молодые псы рвутся с привязи, старые не уступают им, но более осмотрительны.
С поселенцами солдат объединяет общая цель, но движут ими разные силы. Первые думают только о спасении своих близких, тогда как вторых подстегивает воинская честь и врожденная ненависть техасских рейнджеров к тенавам. У многих имеется личный счет к Рогатой Ящерице, и не одна рука стремится пустить ему пулю в сердце.
Но вопреки общему нетерпению броситься дальше, есть люди, взывающие к терпению. Возглавляет их человек по фамилии Калли – худой, жилистый мужчина лет шестидесяти, внешность которого говорит о том, что он, по меньшей мере, полвека прожил в прериях. Калли весь одет в замшу, плотно облегающую тело, никаких болтающихся фалд или хвостов. Он не из списочного состава рейнджеров, но служит у них в качестве проводника. В этом качестве ветеран пользуется среди преследователей почти таким же уважением, как их начальник, капитан рейнджеров, который, собрав вокруг себя совет, спрашивает мнение проводника насчет дальнейших их действий.
– Едва ли они слишком далеко, – отвечает Калли. – Все указывает на то, что они прошли здесь добрый час спустя после восхода солнца. К моменту их проезда роса на траве высохла, иначе стебли были бы все примяты. А еще они бросили лошадь. Видите, кто-то вырезал у скотины язык – явно решил закусить на ближайшем привале. Кровь, сочащаяся изо рта коня, только начала густеть – это говорит о том, что инджуны проехали тут совсем недавно. Думается, я знаю то место, где они угнездились.
– И где же?
– На реке Пекан. Им нужна хорошая вода для скота и тень, в которой можно отдохнуть, пока не пройдут самые жаркие часы.
– Если они на Пекане, где-нибудь близ устья, то нам до них не больше пяти миль, – вставляет третий собеседник – высокий, худой, как жердь, субъект в сильно полинялой зеленой накидке. – Мне эта часть страны хорошо известна, я проходил по ней в прошлом году вместе с экспедицией на Санта-Фе.
– Всего пять миль! – восклицает другой человек, одежда которого выдает фермера с известным достатком, а горестное выражение лица – одного из пострадавших. – О, джентльмены, наши лошади наверняка уже отдохнули. Давайте поскачем вперед и обрушимся на индейцев немедля!
– Поступив так, мы сваляем дурака, – возражает Калли. – Этот как раз верный способ похоронить наши планы и стремления. Они заметят нас гораздо раньше, чем мы их, и возможно, им хватит времени сбежать и увести за собой украденных лошадей и коров. Но пленников – уж точно.
– А что предлагаете вы, Калли? – задает вопрос лейтенант рейнджеров.
– Мой метод – дождаться захода солнца, потом подкрасться к инджунам. Они разожгут костры, и свет приведет нас прямиком к их лагерю. Если они в долине Пекана, а в этом я уверен, мы с легкостью окружим их. Там утесы с обеих сторон, и нам можно разделиться на две части: одна совершит обход и зайдет вверх по течению реки, а вторая подтянется снизу. Тем самым мы наверняка не дадим им увести женщин. А заодно у нас появится хороший шанс разжиться скальпами краснокожих.
– Что скажете, парни? – капитан рейнджеров обращается в первую очередь к тем, кто состоит под его началом.
– Калли прав, – откликается большинство голосов.
– Тогда останемся до вечера тут. Если пойдем сейчас, команчи могут заметить нас прежде, чем мы подберемся к ним на выстрел. Как думаешь, Калли, сумеешь ты провести нас по их тропе после наступления темноты?