Также и дела такого, какое отважился сделатьМуж тот могучий в коне деревянном, в котором заселиВсе мы, храбрейшие в войске, готовя погибель троянцам.Ты в это время к коню подошла. Побудил тебя, верно,Бог, нам враждебный, желавший врагам нашим славу доставить.Вместе с тобой подошел Деифоб, на бессмертных похожий.Щупая трижды засаду, пустую внутри, обошла тыИ начала называть поименно знатнейших данайцев(Голосу полное сходство придав с голосами супруг их).Я, и Тидид Диомед, и царь Одиссей богоравный,Сидя засадой в коне, услыхали, как ты закричала.Мы с Диомедом в волненьи вскочили и тотчас хотелиВыйти наружу иль громко тебе изнутри отозваться.Но Одиссей удержал нас, не дал проявиться порыву.(Все остальные ахейцы сидели в глубоком молчаньи.Только Антикл попытался тебе отозваться словами.Быстро тогда Одиссей руками могучими крепкоРот Антиклу зажал и от гибели тем нас избавил.Столько держал он, покуда тебя удалила Афина.)»Сыну Атрида в ответ Телемах рассудительный молвил:«Зевсов питомец Атрид Менелай, повелитель народов!Тем мне больней, что он все же не спасся от гибели грозной,Хоть и железное сердце в груди у родителя было.Ну, а теперь не пора ль нас в постели отправить, чтоб такжеМы получили возможность и сладостным сном насладиться».Так он промолвил. Елена тотчас приказала рабынямДве кровати поставить в сенях, из подушек красивых,Пурпурных ложе устроить, а сверху покрыть их коврами,Два одеяла пушистых постлать, чтобы сверху покрыться.С факелом ярким в руках поспешили рабыни из домаИ постелили постели. Глашатай из зала их вывел.Гости спать улеглися в притворе Атридова дома, —Сын Одиссеев герой и Несторов сын достославный.Царь же во внутренней спальне высокого дома улегсяРядом с Еленою длинноодеждною, светом меж женщин.Рано рожденная вышла из тьмы розоперстая Эос.Быстро с постели Атрид Менелай поднялся русокудрый,Платьем оделся, отточенный меч чрез плечо перебросил,К белым ногам привязал красивого вида подошвы,Вышел из спальни своей, бессмертному богу подобный,И к Телемаху подсел, и по имени назвал, и молвил:«Что за нужда, Телемах благородный, тебя привела к нам,В Лакедемон наш пресветлый, хребтами широкими моря?Дело народное или свое? Скажи откровенно».Сыну Атрида в ответ Телемах рассудительный молвил:«Зевсов питомец Атрид Менелай, повелитель народов!Прибыл сюда я, — не дашь ли каких об отце мне известий?Дом пожирается мой, и погибло мое достоянье;Дом мой полон врагов, которые режут без счетаМелкий скот мой и медленноходных быков криворогих;Матери это моей женихи, наглейшие люди!Вот почему я сегодня к коленям твоим припадаю, —Не пожелаешь ли ты про погибель отца рассказать мне,Если что видел своими глазами иль слышал рассказыСтранника. Матерью был он рожден на великое горе!И не смягчай ничего, не жалей и со мной не считайся,Точно мне все сообщи, что видеть тебе довелося.Если когда мой отец, Одиссей благородный, словами ль,Делом ли что совершил, обещанье свое исполняя,В дальнем троянском краю, где так вы, ахейцы, страдали, —Вспомни об этом, молю, и полную правду скажи мне!»В гневе жестоком ему отвечал Менелай русокудрый:«Как это? Брачное ложе могучего, храброго мужаВдруг пожелали занять трусливые эти людишки!Это как если бы лань для детенышей новорожденныхВыбрала логово мощного льва, их бы там уложилаИ по долинам пошла бы пастись, поросшим травою,Лев же могучий меж тем, к своему воротившися ложу,И оленятам и ей бы позорную смерть приготовил, —Так же и им Одиссей позорную смерть приготовит.Если бы, Зевс, наш родитель, и ты, Аполлон, и Афина, —В виде таком, как когда-то на Лесбосе он благозданномНа состязаньях с Филомелеидом бороться поднялся,С силой швырнул его наземь и радость доставил ахейцам, —Пред женихами когда бы в таком появился он виде,Короткожизненны стали б они и весьма горькобрачны!То же, что знать от меня ты желаешь, тебе сообщу я,Не уклоняясь от правды ни в чем, не виляя нисколько.Все, что мне старец правдивый морской сообщил, ни о чем яНе умолчу пред тобой, ни единого слова не скрою.