- Я бы предложил Вам, чтобы не терять темпа операции, не медля высадить там десант морских пехотинцев и моряков, прямо на пирсы, во главе с Василием Александровичем. Они быстро закончат эту работу. В Йокогаме, по правде сказать, и так не много чего палить осталось. Собственно говоря, поэтому я и попросил Вас его сейчас пригласить. С корабля на бал, как говорится.
- Что скажете, господа офицеры?
- Всеволод Федорович... Извиняюсь за каламбурчик, но порт, это не форт. Размер имеет значение... И элементом внезапности здесь не пахнет. Разведка, это хорошо, но гарантий отсутствия теплой встречи нам никто не даст. Подставиться дуриком под случайные пулеметы или шрапнель при высадке? Потерять подготовленных, обстрелянных людей? По-моему риск не стоит свеч...
Давайте так... Я прошу час на обдумывание плана. И прошу Михаила Александровича, от гвардейцев, мне помочь. Мы все взвесим и доложим вам испрашиваемый для этого дела наряд сил и средств. После - решайте.
- Добро, Базиль-Хан, - Щербачев чуть заметно, самыми краешками губ улыбнулся, - У вас с Великим князем полчаса. Время не ждет, однако...
- Согласен. Ступайте, господа, прикиньте: что да как... А глазки то как у него загорелись... Иди уж, кровопивец! - Руднев рассмеялся вслед поднимающемуся со своего кресла Балку.
- А к Вам, Всеволод Федорович, у меня еще интересный вопрос: если все так пошло, давайте транспорта Александра Михайловича никуда не гонять, - продолжил Щербачев, - Моих сил вполне будет достаточно. А уходить будем прямо из Токио - основные силы корпуса, и от Ураги. Оттуда части, оставшиеся смотреть "за порядком" на полуострове Миура.
Кстати, вынужден огорчить. Тот крейсер, что стоял в урагском доке, они таки взорвали. В отличие от больших кораблей стоящих в Йокосуке, с которых выгрузили для переснаряжения боезапас. На этом не успели. Ну, и...
- Поврежден сильно?
- Не то слово. И выгорел, вдобавок. Так что о бронепалубнике забудьте. Я уже дал приказ подорвать его дополнительно, а потом и батопорт дока.
- Обидно, однако. Но не будем жадничать. Хоть с броненосными подвезло. Я ведь думал, что их они рванут в первую очередь, потому как...
- Господа! Простите, но это срочно! - с грохотом распахиваемой двери в салон "Варяга" вихрем влетел старший офицер крейсера кавторанг Зарубаев.
- Что у Вас там еще стряслось, Господи?
- Всеволод Федорович! Телеграмма от Иессена! "Беспощадный" идет к нам, на борту имеет делегацию японцев с просьбой о перемирии...
- Что? Вот так сразу! Неужто хватило...
- Ос-с-с! - не удержался от не вполне парламентского жеста Балк, еще не успевший выйти из салона.
- Что ж. Сколько веревочка не вейся... Кто у них главный?
- Лично премьер-министр маркиз Ито!
- Ито Хиробуми? Премьер-министр? Опять!? Вот как Микадо решает проблемы... Русина сюда немедленно! Со всеми его бумагами по переговорам. Так... Гейдена, конечно, и Семенова со "Светлейшего", будет официальным переводчиком, благо сейчас от нас недалеко...
- Господа, похоже, выгорело, да? Быстрее даже, чем мы ожидали! Дай бы Бог...
- Пусть сюда срочно прибудут Александр Михайлович, Безобразов и... Да, собственно, и все. Остальные, кто нужен, у нас на флагмане. Так... Приводим себя в порядок. Ордена и так далее... Дело то политическое!
Экипаж по местам. Подвахте не толпиться! Все чинно и строго. Ничего еще не решено. С чем японцы к нам жалуют нам пока не известно. Так что никаких расслаблений, веселий или поблажек. Может у них задача время потянуть... Чтоб Его Величество Божественный Тенно с чады, домочадцы да пожитками отбыть в Киото без проблем смогли... Щ-щас-с!
Однако Иессену передайте: обстрел старых фортов в заливе Эдо пока отменяется. К столице не подходить. Ждать моих дополнительных распоряжений...
Пока все идет своим чередом. Василий Александрович! Мы через двадцать пять минут ждем ваших с Михаилом Александровичем предложений по Йокогамскому порту, не забыли?
- За сим, позвольте откланяться, многоуважаемый маркиз, прошу Вас. Капитан Римский-Корсаков доставит Вас прямо к порту Токио, где, как я понимаю, не доходя до старых островов - фортов, Вас встретит японское судно или катер. Подтверждение с гарантиями безопасности его корабля мы только что получили телеграфом за подписями генерала Ямагата и вице-адмирала Кобаяма. Перемирие продлится еще 14 часов. В его продолжении ни наши, ни ваши сухопутные войска не двинутся с места.
- Спасибо, капитан.
- Прошу Вас, поспешите, милостивый государь. И не расстраивайтесь так. Всеволод Федорович ведь сразу предупредил, что сегодня мы готовы обсуждать лишь порядок и способы исполнения наших требований. Как Вы помните, два месяца назад они несколько отличались от тех, с которыми Вам пришлось столкнуться сегодня. Но в одну и ту же воду не войдешь дважды. Не так ли?
- Конечно, помню, мой дорогой капитан, но я ведь предупреждал Вас, что не все от меня зависит. Заканчивать со всем этим нужно было даже раньше той нашей встречи... О чем еще говорить! Ваши предложения... вернее требования, понятны. Мне осталось лишь доложить их Императору и членам госсовета. Надеюсь, в отсутствие грома орудий им будет проще советовать. Но то, чего Вы добиваетесь от нас сейчас... Тем более - требование заключения договора без участия международных посредников... Вы понимаете, что согласиться с такими условиями - это чрезвычайно трудное решение?
- Почему? Особенно если иметь ввиду возможную альтернативу? В конце концов, признайте, уважаемый маркиз, что разгром и минирование ВСЕХ крупных внешнеторговых портов, не говоря уж о потере Хоккайдо, были бы для Японии куда более жестоким ударом. А к занятию этого острова мы, как Вы имели возможность убедиться, уже практически готовы, - Русин поклонился премьер-министру Японии, приглашая того жестом руки ступить на трап, - погрузка гвардии на корабли в порту Йокосуки займет не более 6-ти часов. Флота у Вас, простите меня великодушно, больше нет. Так что занятие этого острова, как образно выражается Всеволод Федорович Руднев - уже дело техники.
Вы ведь в курсе, конечно, как тяжко живется коренному народу Хоккайдо, айнам? Газеты Вы, как и члены госсовета, читаете? Берлинские и Венские... Да и Вашингтонские, кстати? В Петербурге их тоже внимательно читают. Так что наш Император, судя по всему, готов предпринять определенные шаги, дабы положить конец этой многовековой несправедливости. И эта готовность может с часу на час перерасти в непреклонную решимость. В случае, если наши предложения в замке Кюдзе вновь не будут восприняты со всей серьезностью.
Но, как мне представляется, уважаемый маркиз, само Ваше назначение говорит о многом. Если я верно понимаю суть момента, Император Муцухито принял, наконец, решение руководствоваться в дальнейших внешнеполитических шагах сложившимися на данный момент реалиями. Поэтому и назначил на столь ответственный пост реалистично смотрящего на вещи политика.
Кстати говоря, именно сознавая такой поворот событий, с нашей стороны и выставлены далеко не самые жесткие условия. В частности в корейском вопросе. Или по поводу репараций, давайте уж называть вещи своими именами...
Я ведь уже говорил Вам, что в Петербурге Японию ни в коем случае не рассматривают как своего патологического врага, и мы абсолютно не намерены влезать в ваши внутренние дела. Нам вместе давно пора перевернуть эту печальную страницу совместной истории. В конце концов, одно из главных составляющих искусства внешней политики - это умение ПРАВИЛЬНО выбирать друзей. Разве не так?