Когда войско Маргариты достигло столицы, Уорик уже вошел в город, и с его стен на подошедших смотрели жерла пушек. Ворота были закрыты, и, когда королевская чета приблизилась и приказала их открыть, в ответ понеслись оскорбления.
– Идите свой дорогой! – кричал лорд-мэр. – Мы не имеем дела с предателями, которые посмели привести на нашу землю врагов. Завтра у нас будет настоящий король, Эдуард IV, милостью Божией повелитель Англии и Франции, принц Уэльский, лорд Ирландский!
Глаза Генриха наполнились слезами. Несчастный, проживший целый год пленником, не мог понять, почему его вдруг так возненавидели. Хотя и ему показалась странной армия, собранная женой, и в какой-то мере он мог понять недовольство лондонцев, ведь шотландцы… Откуда они здесь взялись?
Слабый ум короля вновь затмился. А Маргарита, положив ему на плечо руку, шептала:
– Умоляю вас, возлюбленный мой, не доставляйте им радости видеть ваши слезы! Эти люди – ваши подданные, поднявшие мятеж, ничего больше.
И король ответил:
– Неужели? Вы так думаете? Вы необыкновенно красивы, леди! Скажите, кто вы?
Маргарита прикрыла глаза, стараясь удержать хлынувшие слезы. Супруг вновь покинул ее и удалился в страну, куда никто не мог за ним последовать. Но это ли было главное несчастье?
Лорды между тем держали совет. Англичане, возмущенные поведением лондонцев, хотели немедленно осадить бунтующую столицу, в то время как шотландцы вполне разумно считали, что город такой величины можно взять только с помощью предательства, тем более что у них нет машин, необходимых для осады.
– Стоя под этими стенами, вы только изнурите себя, мадам, и нас вместе с вами, – сказал Маргарите лорд Дуглас.
– И что вы советуете?
– Отступить. Вернуться в Шотландию и собрать там новую армию. Мы уже приносили вам победы.
– И забирали немалую добычу! Ваши солдаты спешат вернуться в Шотландию, чтобы насладиться ею, – с горечью уронила Маргарита.
– Вы ошибаетесь, мадам! Они с удовольствием будут воевать и дальше. Поверьте, обещание, что в один прекрасный день они станут хозяйничать в Лондоне, придется им по вкусу.
– Но сейчас они спешат домой.
– Чтобы вернуться, если вы меня послушаетесь. У вас есть надежный город, где вы могли бы подождать приход новой армии?
– Думаю, в Ковентри это будет возможно.
– Туда и отступайте со своими англичанами. А я тем временем съезжу к ее величеству регентше и вернусь с солдатами. Вы же соберете всех, кто пожелает сражаться под знаменем Алой розы.
Маргарита последовала совету Дугласа и направилась с войском в Ковентри, и хотя старалась помешать солдатам выместить злобу на предместьях Лондона, не слишком преуспела. Слишком поздно Маргарита поняла, что безжалостные союзники отнимают у нее последние крохи почтения ее подданных. Но пожалела она об этом лишь на миг. Ее жгла испепеляющая ненависть к Уорику, не оставляя ни сожалений, ни раскаяния. И если у королевы, как и ее супруга, бывали минуты просветления, то случались они все реже и реже.
Дуглас в сопровождении надежного эскорта отправился в Эдинбург и скакал так быстро, насколько позволяла зима.
Уорик в Лондоне тоже спешил. Впоследствии именно за эти свои труды он заслужит прозвище «делатель королей». 4 марта в Вестминстере Эдуард Йорк был провозглашен королем. Толпа лондонцев восторженно его приветствовала. Мужчины восхищались, женщины обожали молодого красавца, так великолепно выглядевшего в короне и мантии. Город праздновал, люди поздравляли друг друга с тем, что отправили француженку с ее сворой к северным туманам. Поздравляли, возможно, несколько преждевременно… И все же в городе пили, ели, плясали до тех пор, пока колокола не сменили мелодию. Настало утро, и они ударили в набат, призывая взять оружие всех мужчин и приготовиться к защите столицы всех стариков и женщин. Тревожная новость обежала Лондон: француженка получила подкрепление. Говорили о шестидесяти тысячах солдат. Все добрые англичане должны были встать с оружием против кровавой Мессалины, которая не постыдилась призвать на помощь шотландских собак и ради своей гордыни опустошить Англию! Примерно с такими речами обращался к народу Уорик. Его металлический голос звенел над толпой, и люди со всех сторон стекались под его знамена. Они готовы были идти в бой с песнями, страстно желая свободы и благополучия своему королевству. Огромная армия поднималась против врагов…
Маргарита недолго пробыла в Ковентри. Она медленно двигалась к северу и обосновалась в Йорке, в том самом замке, который принадлежал узурпатору, по-иному королева его не называла. Отсюда Маргарите легче было собирать людей Ланкастеров, потому что их земли в основном лежали на севере страны, да и шотландцы могли добраться сюда гораздо быстрее. Зато Эдуарду IV, если он вдруг пожелает драться, придется проделать немалый путь.