Но учтивость, с какой он встретил Маргариту со свитой, была безупречна. Он не обратил внимания на Сомерсета, но Дугласу сказал несколько лестных слов, превознося храбрость шотландских солдат и сказав, как высоко он их ценит. Затем свита вынуждена была удалиться, потому что король пожелал говорить с Маргаритой наедине. И тут не стал терять времени на лишние учтивости.
– Ваши дела плохи, кузина.
– Не могу возразить вам, ваше величество, иначе бы я не приехала. Узурпатор Эдуард IV одержал победу, встав во главе мятежников, и занял трон, который принадлежит моему сыну. Я не могу терпеть, чтобы попирались права моего супруга, получившего власть от Бога.
– После миропомазания узурпатор говорит то же самое. Я не вижу, что могу сделать для вас, кузина, если вы с армией в шестьдесят тысяч человек, а таких армий еще не бывало, не сумели одержать победу. Кто командовал вашей армией?
– Я сама! Я хорошо изучила Тита Ливия и уверена, что знаю военное дело не хуже любого военачальника.
Король взглянул на Маргариту с насмешливым удивлением.
– Вы сами, кузина? Но воевать не учатся по книгам. Неужели у вас не нашлось опытного воина, который мог бы возглавить такую огромную армию? В Англии, и особенно в Шотландии, как я знаю, есть немало славных рыцарей!
– Вы не ошибаетесь, славных рыцарей много, но мало настоящих военачальников. Те, что защищали Алую розу, убиты, а мой дорогой супруг, к несчастью, неспособен вести в бой солдат. Пришлось мне возглавить их.
– И они вам повиновались? Мне кажется это чудом.
– Да, это чудо, но люди Франции видели такое, и не так уж давно.
– Вы имеете в виду Орлеанскую девственницу? Но ее нам послал Господь. И после битвы она не призывала палача, чтобы покончить с пленниками. Выкупы за них принесли бы вам золото, мадам, а не ненависть.
Маргарита взглянула на Людовика с опаской: она не ожидала от него такой осведомленности. К тому же она вынуждена была признать, что он очень изменился. Она помнила вспыльчивого озлобленного юнца, который терпеть не мог красивых женщин и к мужчинам относился не лучше, но… Дофина, который беспрестанно воевал с собственным отцом и однажды настолько разъярился, что сбежал от него к герцогу Бургундскому, больше не существовало. Человек, который смотрел на нее холодным, но внимательным изучающим взглядом без сочувствия был настоящим королем.
Людовик молчал, желая, чтобы Маргарита хорошенько вдумалась в его слова.
– Будем говорить откровенно, – помолчав, предложил он. – Чего вы от меня ждете?
– Солдат и денег.
– Это я могу вам дать…
Фраза не была закончена, далее следовало непроизнесенное «но». Повисшая в воздухе неопределенность действовала Маргарите на нервы.
– Взамен чего? – спросила она.
Ответ на ее вопрос последовал незамедлительно:
– Кале.
Маргарита не ожидала это услышать. Тоска и безнадежность стеснили ей сердце.
– Это невозможно, – наконец произнесла она. – Кале бесконечно дорог сердцу англичан. Они не простят мне потери.
– Накопилось уже столько прегрешений, которых англичане вам не простят, кузина. И если Кале дорог сердцу англичан, то еще дороже он сердцу французов. Кале светит им как звезда с крайней точки нашего королевства. Вспомните, до Эдуарда III эти земли принадлежали французам, и англичане завладели ими по своему произволу.
– Кале мне не простят, – повторила с горечью Маргарита. – Владеть Кале – значит владеть ключом к Европе, контролировать морское судоходство. Кале – последнее владение англичан во Франции, якорь, брошенный островом на континент.
– Что ж, моя дорогая, поищите в другом месте то, за чем приехали ко мне. В отличие от вас, кузина, я дорожу кровью своих солдат. И не желаю рисковать ими, соглашаясь на авантюру. Для участия мне нужно оправдание хотя бы в моих собственных глазах. Кале или ничего!
Людовик встал, давая понять, что, по его мнению, разговор затянулся.
– Еще минуту, прошу вас.
Маргарита лихорадочно размышляла. Что ей, собственно, стоит отдать город, который так или иначе Людовик возьмет сам, силой своих солдат? К тому же наместник в Кале по-прежнему Уорик… Внезапно ей пришла в голову счастливая мысль:
– Если я приму ваше предложение, мне понадобится еще и военачальник, который сможет вести войну на территории Англии и выиграть ее.
– Я тоже так считаю. Можете быть уверены, что ваши войска будут в надежных руках. Я дам вам…
– Пьера де Брезе!
Под нахмуренными бровями темные глаза загорелись гневом.
– Теперь моя очередь говорить: это невозможно! Брезе находится в тюрьме. Он интриговал против меня и заслуживает…