— Посмотри, какие звёзды! — мечтательно сказала подруга. — Я у Дэйва. У него травма колена. Переехала к нему в пентхаус, ухаживаю за несчастным чёрным зайчиком, даже купила халатик медсестры. Но блин, как же задолбал пациент! Два метра шикарных мышц и бесконечного нытья! Ноет, и ноет, и ноет. Убила бы! А у тебя как дела, Полли?
— Похоже, я только что рассталась с Никитой.
— Давно пора! — хмыкнула подруга. — Зачем тебе этот лоботряс?
— Не знаю, что делать… Опять вещи перевозить и впихивать в мою квартирку. Она же маленькая. Синтия, я невезучая. Красивая, но несчастная… Сейчас уйду от Никиты, а что дальше?
— Бедняжка моя, — расстроилась подруга. — Прилетай ко мне, оторвёмся! С Австралией Глебушка нас прокатил, придумаем что-то взамен. Кстати, друг Дэйва случайно увидел на моём смартфоне твои фотки и теперь мечтает с тобой познакомиться. Он тоже успешный спортсмен, как и Дэйв, и заколачивает огромные бабки. Давай, прилетай. Виза у тебя открыта.
— Смеёшься! У меня на карточке даже на бензин денег нет, не то что на билет до Нью-Йорка.
— А я продам твоё кольцо! Хочешь? Оно стоит бешеных денег.
— О-о-о, — разочарованно протянула Полина. — Жаль его продавать, оно такое красивое!
— И всегда будет напоминать тебе о том, как же ты капитально лоханулась — упустила Глеба.
Полина ненадолго задумалась, потом приняла решение.
— Хорошо. Продавай.
— Вот и славно! Скоро встретимся в Нью-Йорке, ура!
Варвара
Когда вернулась в офис, Глеб расстроился, что я так и не купила шубу.
— Варварушка, ну, что же ты!
Он притянул меня к себе, усадил на колени. Я тут же прижалась к его груди, обняла за шею, осыпала поцелуями лицо. Но потом отстранилась и, преодолевая сопротивление, вскочила. В любой момент кто-нибудь может войти в кабинет. А мы тут обнимаемся изо всех сил…
— Хотя бы одну-то надо было взять, Варя!
— Одну! Но какую? — Я снова представила себя и в первой, и во второй шубе, и опять мысленно заметалась — обе смотрелись потрясающе. Никогда не считала себя красавицей и вдруг поняла, как глубоко заблуждалась. Да я самый настоящий голливудский Вареник! Звезда!
— Тогда купила бы две.
— Дорого же!
— Да ладно. Ты вообще ничего не покупаешь, Варя, денег совсем не тратишь. Как так можно! Хорошо, вернёмся из Африки и сразу же вместе сходим в этот салон. Ну, куда ты убежала, иди сюда, иди…
— Ещё купальник хотела показать.
— Купальник, — мечтательным эхом отозвался милый директор. А когда увидел клочок блестящей бирюзовой материи, его лицо исказила болезненная гримаса.
— О-хо-хо… — простонал он. — Варя, что ты со мной делаешь…
Удивительно! Каждую ночь и до самого утра я перед ним абсолютно голая. Однако увидел маленький купальник-бикини, представил его на мне и уже опять готов! Словно запустили ядерную реакцию.
О, мужчины!
В общем, дорогой шеф ужасно возбудился. Подскочил с кресла, схватил меня, начал целовать и лапать.
— Глеб, ты что! — завопила я, отбиваясь. Надела сегодня узкую юбку-карандаш, но всё равно залез, проник… и уже добрался до кружевной резинки чулок.
Упорный! Целеустремлённый!
Обожаю.
— Глеб, через пять минут приедут гости, — напомнила я. Мы оба тяжело дышали, мои губы горели от его жадных поцелуев. Я снова вырвалась и отскочила подальше от директорского стола.
В каких условиях приходится работать!
— Они французы, — напомнил Глеб. Он шарил по мне хищным взглядом, словно хотел проглотить целиком. — Их не удивишь поцелуями в офисе. Куда ты опять убежала, Варя…
— Нет, нет! — закричала я, увидев, что он снова поднимается с места. — Успокойся! Сиди, не вставай.
Можно подумать, я держу мужчину на голодном пайке! Да он каждую ночь такое вытворяет, что нельзя не покраснеть, вспоминая об этом. И всё ему мало!
— В Африку хочу. С тобой, поскорее, — хрипло пробормотал Глеб, усаживаясь обратно в кресло и поправляя галстук.
— Сейчас обработаешь французов, а потом мы свободны!
Глеб обещал, что на марокканской вилле мы будем совсем одни. Видела фотографии — вилла огромная, красивая, окружённая бесподобными зелёными лужайками. Она принадлежит Михаилу Ивановичу, владельцу «Армады».
…Наконец-то появилась иностранная делегация, во главе с господином Кристианом Массоном, мелким французиком с буйной шевелюрой, огромным носом и пронзительным взором. И работа закипела.