Однако Барский остановился у нас впервые. Кроме того, наглости (следует, положа руку на сердце признать, – обаятельной наглости) Олегу не занимать.
Поэтому я быстро иду по коридору, чтоб показать ему его номер и уйти.
Открываю дверь ключом и пропускаю гостя вперёд, как положено. Бросив на меня искоса свой фирменный взгляд, он проходит. А я с ужасом замечаю, что ширинка на его джинсах как-то подозрительно топорщится.
Я резко останавливаюсь. Олег тут же оборачивается и смотрит на меня, облизывая губы. Мои трусики мокнут помимо моей воли. Делаю шаг назад.
Вдруг раздаётся негромкий стук в дверь. Это беллбой принёс багаж Барского. Я сразу же переключаю своё внимание на беллбоя, даю ему деловым тоном указания, куда поставить чемоданы гостя, потом с ним же и удаляюсь, попрощавшись с Барским. Шерше ля фам!
Возвратившись на ресепшн, вижу перепуганную Инну. Дрожащей рукой она указывает мне на мой телефон. А там – куча сообщений от воспитательницы моего сына! Дульсинея Алексеевна в гневе.
Оказывается, я только начала набирать для неё очередной текст, как к нам пожаловал мой бывший. И я нечаянно отправила сообщение, в котором было всего лишь одно слово. Но какое! Дура.
То есть, конечно же, я хотела обратиться к воспитательнице, как и положено: Дульсинея Алексеевна. Но ошиблась и написала так, как я зову её за глаза, то есть “Дура”.
Господи, что за ДУРАцкий день! Сначала у меня возникли проблемы с продлёнкой сына. Затем на мою голову свалился Барский, который теперь, видишь ли, Беккер. И вишенка на торте – я нечаянно довела до белого каления и без того злую на меня воспитательницу.
Естественно, я сразу написала длинное сообщение со множеством извинений. В ответ – тишина. Я пробовала звонить, но Дульсинея Алексеевна упорно не брала телефон. Видимо, воспитательница обиделась на меня очень сильно.
Я снова пишу Дульсинее. Безрезультатно. Я в ужасе. Что теперь будет с моим ребёнком?
И тут к нам прибыла большая группа туристов из Японии. Мы с Инной в две руки начали заниматься их оформлением. Это заняло довольно много времени.
Но зато, когда мы закончили, я получила сообщение от заведующей садиком: “Уважаемая Анна Сергеевна, ваш ребёнок в группе продлённого дня”. Yes!
Меня не догонят!
Передав смену ночным администраторам, мы с Инной быстренько переоделись.
Вместо голубого костюмчика, который по виду напоминает униформу стюардесс (наш шеф раньше работал в аэрофлоте, и просто помешан на этой тематике) и туфель на шпильках, одела джинсы, футболку и кроссовки.
Это на работе я обязана выглядеть безупречно, а в жизни можно быть и попроще. К тому же, из отеля мы выходим со стороны служебного выхода, то есть гости нас не видят.
Однако Инна, которая шла чуть впереди меня (она – девушка высокая, и соответственно, у Инны шире шаг), неожиданно замешкалась у двери.
Я едва не споткнулась на ровном месте, и хотела спросить, в чём дело, как сама увидела причину замешательства своей напарницы.
Прям напротив выхода стоял мой бывший парень Олег Барский.
Правда, теперь он уже не Барский, а Беккер, и не Олег, а Оскар. Однако суть дела это не меняет. Мы вновь встретились спустя время.
Судя по всему, Олег решил подкараулить меня у служебного входа.
У меня на глазах закипели слёзы. Я опустила голову. Чёрт, зачем Олег опять появился в моей жизни? Зачем он опять делает мне больно? Ведь это всё мне так знакомо!
Не знаю, то ли потому, что он учился на юрфаке и умел предугадать поведение человека, то ли потому что любил меня и, как все влюблённые люди, обладал повышенной интуицией (я это его качество в шутку называла нюхом), но Барский всегда находил меня, где бы я ни находилась. Всегда!
Поэтому, убегая из Пскова, я постаралась сделать всё для того, чтобы он меня не нашёл. И мне это удалось. Но прошло время, а Барский снова явился не запылился.
Явился, и в некотором смысле сразу же сбил меня с ног одним звучанием своего голоса. Обаятельный, даже гламурный подонок, который предал меня, а теперь захотел поиграться со старой игрушкой.