А он? Вон, спит, улыбается, как кот, который наелся сметаны… Он-то о чём думал? А о чём он думал – он же ей сказал: сама думай. Сама принимай решения… Она и приняла. Но он же взрослый, разумный мужик…
Разумный? Она опять вспомнила, как он вёл себя тогда с Натальей. Разумный? Нет, неправда. Он человек настроения…
Зачем он согласился спать с ней? Отправил бы куда подальше. Нет, он всячески её удерживал, уговаривал поужинать. Свои цели преследовал. Свои цели преследовал?.. Наверное. Её дискредитировать, от следствия отстранить? А зачем ему это надо? Может быть, и надо. Она уедет – он взяток надаёт и отмажется от следствия…
Аня встала. Посмотрела на себя в зеркало над раковиной. Несмотря на то, что ей было очень плохо и она была сильно расстроена, выглядела она замечательно. Косметика ей не нужна: глаза блестят, на щеках румянец, о губах и говорить нечего – они яркие и припухшие; даже кожа не такая бледная, а нежно-розовая. Ужас! Она умылась холодной водой и пошла обратно в комнату. Стала одеваться… Полностью одетая, присела на край кровати. Демидов спал. Она стала его будить:
– Никита Сергеевич! – Он спал. Она повторила: – Никита Сергеевич!
Он пошевелился, открыл глаза, чуть потянулся и взглянул на неё:
– Ты что вскочила? Ещё поспать можно… А почему ты оделась?
– Никита Сергеевич, пожалуйста, распорядитесь, чтобы меня отвезли в гостиницу…
– В какую гостиницу? Что ты говоришь? Что случилось? – До него, наконец, начало доходить, что что-то не так. Он сел, потёр лицо руками, пятернёй пригладил волосы, внимательно, чуть прищурившись, посмотрел на Аню: – Что-то не так? Сейчас позавтракаем – и я тебя отвезу. Ты что хочешь на завтрак? Я скажу – Мария Ивановна приготовит…
– Никита Сергеевич, какой завтрак! Вы не понимаете, что произошло?
– А что произошло? Произошла прекрасная ночь, которую провели взрослые мужчина и женщина! Что-то было не так? Тебе не понравилось? Мне показалось иначе…
– Вы что, вообще ничего не понимаете?
– Не понимаю…
– Никита Сергеевич, зачем вы это сделали?
– Что сделал?
– Зачем вы переспали со мной?
– Я переспал? Ты же сама хотела, была очень даже не против… Я тебя не заставлял!
Глава 5
Кажется, он что-то понял, начал меняться в лице, бледнел на глазах. На щеках заходили желваки. Он потёр затылок и зло глянул на неё.
– Что ты от меня хочешь? Ты считаешь, что я переспал с тобой специально, чтобы какую-то выгоду получить?
– Вот именно. Вы хотели чего-то от меня добиться. Информацию какую-либо. Или меня скомпрометировать, хотели, чтобы поскорее уехала, ведь я вам мешаю… Я не знаю…
Кровь совсем отхлынула от его лица. Даже глаза побелели. Он заревел как раненый зверь:
– Ах ты тварь! Ты пару часов назад называла меня самым лучшим на свете, а теперь говоришь, что я тебя обманул, использовал! Да я за свою жизнь вообще никого не обманывал! Что ты обо мне знаешь, сучка маленькая! Господи, да вы все одинаковые! Я тебе поверил! – Тут он заметил, что положение у них неравное: она полностью одета – он полностью голый, – стал лихорадочно натягивать одежду. Джинсы, свитер… Натянул, вскочил, не обратил внимания, что ходит босиком, схватил Аню за руку и продолжил орать: – Вон из моего дома, вон отсюда, гадина! И не подходи ко мне никогда, если жива хочешь остаться, на глаза не попадайся. Ненавижу! Ненавижу таких маленьких сук! Самыми умными себя считают, самыми хитрыми!
Он тащил Аню за руку вниз по лестнице. Если бы она упала, он бы даже этого не заметил, тянул бы её волоком. Аня начала рыдать: ей стало страшно.
В прихожей он её отпустил со словами:
– Одевайся немедленно! И вон из моего дома! Чтобы ноги твоей здесь не было! Сучка малолетняя! Господи, я идиот. Я тебе поверил! Я же тебе поверил! – Затем метнулся на кухню, где завтракали Мария Ивановна и Фёдор Дмитрич.
Увидев Демидова в таком жутком виде, оба вскочили, затараторив:
– Никита, что случилось?
– Дмитрич, чтобы этой суки здесь не было! Отвези её в гостиницу, немедленно…
– Никита, да объясни же!