- Всё хорошо, не беспокойся. Я никому не расскажу о Дике.
Но и Молли не могла остановить свои рыдания.
- Я веду себя… отвратительно.
- В этом нет твоей вины, – попыталась утешить ее Эйлин, погладив ее мягкие волосы.
Молли вздохнула, отчаянно пытаясь взять себя в руки.
- Разве? – сокрушенно пробормотала она. – Я отказала ему и послала к черту, а он…
- И Дик всё равно продолжал приставать к тебе?
Молли заплакала еще горше.
- Я не о нём… – застонала она и зажмурилась.
Конечно, не о нем. Тема была такой болезненной, что Эйлин боялась первая заговорить об этом, но теперь, когда Молли не стала сдерживать себя, появилась, наконец, настоящая возможность поговорить с ней.
- Молли…
- Должно быть он меня ненавидит.
- Это не так, – заверила Эйлин, а потом спросила то, что мучило ее больше всего: – Ты любишь его?
Молли задыхалась от боли.
- Я обожаю его. И это…
Рука Эйлин застыла.
- Тогда почему ты отказалась выходить за него? Он же сделал кольцо специально для тебя и не…
- Я… я… – Она дрожала от рыданий. – Если он узнает, какая я на самом деле, он даже не захочет посмотреть в мою сторону.
Эйлин поразили эти слова. Слегка отодвинув от себя подругу, она посмотрела в заплаканное лицо.
- О чем это ты говоришь?
Выпрямившись и вытирая слезы, Молли отошла в сторону невысокого деревянного забора, а потом прислонилась к нему и застыла. Плечи ее продолжали дрожать.
- Я же скандалистка и ничего не умею. Что я могу дать ему? Я даже не знаю, как вести хозяйство и обустраивать жилище. С тех пор, как умер наш отец, я только и думала, как заработать еще немного денег, чтобы прокормить нашу семью, думала, что еще продать, чтобы заплатить по счетам, а Роберт… – Ее голос сорвался. – Он заслуживает лучшего, заслуживает заботливую жену, а я… – Она снова заплакала. – Я уеду, когда он решит жениться, потому что не смогу видеть, как он…
Она не договорили, и снова закрыла лицо руками, но уже не плакала, потому что стояла, оцепенев от страха.
Невероятно! Чем больше Эйлин смотрела на подругу, тем отчетливее понимала, что страхи порой могут взять верх над самой трезвой рассудительностью. Перед страхом ретируются даже все самые веские доводы рассудка. Страх быть недостойным кого-то может затмить собой даже самый явный шанс на счастье. Молли хоть и пыталась казаться сильной и независимой, в глубине души она была хрупкой и до невозможности ранимой девушкой.
Подойдя к Молли, Эйлин опустила руку на ее дрожащие плечи.
- Ты никуда не уедешь! – решительно заявила она, произнося каждое слово так, чтобы Молли их слышала. – А Роберт… Господи, Молли, разве ты стала такой пару дней назад? – Эйлин покачала головой. – Ты была такой всегда. Такая сильная и целеустремленная, что многие даже боятся подойти к тебе. А Роберт рискнул и подошел. И знаешь, что случилось?
Молли подняла к ней своё заплаканное, искаженное болью лицо. Глупенькая, она была такой отважной и очаровательной! Как она могла сомневаться в себе?
- Что? – жалобно прошептала она.
- Ты испугалась, но полюбила его за эту силу и решительность. А он подошел к тебе, потому что ты нравишься ему такая, какая ты есть. Эта вдова… Она вешается почти на всех мужчин, пытается привлечь внимание Роберта, но он… Ты хоть бы раз видела, как он сбрасывает ее руки, когда она подходит к нему, и тут же ищет глазами тебя?
- Чтобы я его не убила? – спросила Молли больше для того, чтобы справиться со смущением.
Эйлин улыбнулась.
- Чтобы не причинить тебе боль, потому что его волнуют твои чувства. Молли, тебе нужно простить его за то, что ему приходилось заговаривать с этой противной женщиной, потому что судя по тому, что он просил твоей руки, а не ее, она для него ничего не значит. И никогда не значила.
Молли внезапно побледнела и прижала руку к губам.
- Боже, я так скверно поступила с ним!
Эйлин погладила ее по щеке.
- Никогда не поздно исправить свои ошибки. Тем более я знаю, что он непременно простит тебя. Тебе нужно пойти и поговорить с ним. Без резких и обидных слов.