Спустя годы Сэмюель узнал, что тогда маркиз договаривался с егерем, чтобы тот бросил бездыханное тело сына в реку.
Маркиз обещал, что назовет место, где похоронили потом Артура, но оказывается он солгал. Тело Артура унесло течение и одному Богу известно, что с ним стало. От его старшего брата ничего не осталось. Безутешная маркиза покинула дом, прокляв и мужа и младшего сына. Сэмюель был заперт в свой комнате, но даже если бы его не заперли, он бы… Он бы не смог никуда уехать, потому что его парализовал бесконечный ужас. Он не мог спать неделю, как бы няня не пыталась уложить его, плача рядом с ним. Первое время Сэмюель не чувствовал ничего, кроме ледяного холода. Затем на него обрушился ледяной ужас. Постепенно он стал осознавать то, что произошло, что он сделал.
Все эти годы он жил с этим ужасом без права на прощение, облегчение или раскаяние. Не было ему места ни в аду, ни где бы то было еще. Он и не искал такого места, где мог обрести забвение.
До тех пор, пока, пробудившись от своих кошмаров, он не взглянул на Эйлин. Самую невероятную, самую смелую и самую нежную женщину в мире. В моменты приступа он почти ничего не сознавал, ничего не помнил. Не хотел ничего вспоминать, но вчера…
Эйлин смотрела на него с таким страхом и с такой болью, что не осталось сомнений в том, что она действительно была с ним. Сэмюель и сейчас слабо помнил о том, что было вчера, но он отчетливо помнил ее лицо рядом с собой, ее пальцы на своем лице, ее голос, который прогнал наконец оглушительный грохот из ушей.
Он не помнил, что произошло, но несомненно он что-то сказал ей. Она выглядела напуганной и подавленной, но все равно сегодня стояла перед ним и смотрела на него так, что едва не разбила ему сердце. Потому что он видел, как ей хочется подойти. И он… Сэмюель умирал от желания подойти, обнять ее и попросить забыть всё, что было вчера, всё, что он говорил ей.
Неужели он признался ей, что убил брата? Он действительно был убийцей, но она все равно смотрела сейчас на него с такой нежностью, что разрывалось сердце. Значит, он признался в самом своем страшном грехе, а она, вместо того, чтобы с криком убежать от него, пришла и взирала на него с такой мукой, что он едва не задохнулся от боли.
Глядя на нее, Сэмюель чувствовал, как перехватывает в горле, как начинает дрожать все тело. От безысходности, от отчаяния. Боже, во что он превратил ее жизнь? Жизнь светлой, очаровательной девушкой, которая пыталась привнести в его жизнь такой же свет. Которая писала ему и подбадривала даже тогда, когда уже ничего не могло помочь.
На мгновение закрыв глаза, Сэмюель попытался дышать, но не мог вдохнуть. Потому что в нем было слишком много другого… В нем было так много любви, что он не знал, куда ее деть. Он так сильно любил Эйлин, что не мог даже пошевелиться. Когда-то он думал, что если обрушит на нее всю силу своей любви, она поймет, как нужна ему, но… его демоны не позволят, а отравят то, что у него было.
«Так нельзя… я уеду… уеду, если ты останешься...»
Господи, неужели он превратился в такого же монстра, каким был маркиз, который разрушал всё, к чему прикасался?
Сэмюель леденел при мысли о том, что должен был отпустить ее, но… Он не мог, видит Бог, даже после того, что случилось, после всех признаний, которые должны были отдалить ее от него еще больше, она была нужна ему! И он… он так надеялся, что сумеет искупить перед ней свою вину! За всё, что сделал. Иначе у него ничего не останется.
- Я поеду в деревню, но скоро вернусь. Пожалуйста, останься дома и дождись меня.
- Хорошо, – ответила Эйлин. – Только поешь немного. Ты не ел со вчерашнего дня.
Милая, бесконечно любимая Эйлин! Забота в ее голосе могла бы запросто сокрушить его, если бы он не приказывал себя стоять на месте без единого движения.
Он побоялся обернуться и как бы ему не было тяжело, Сэмюель ушел в свою комнату, потому что знал, что если он снова посмотрит на нее, у него не хватит сил уйти.
Он вернулся домой вечером. После вчерашнего приступа он с трудом держался в седле, но не только это задержало его. Узнав, что в деревне всё хорошо, Сэмюель поскакал за тем, что заказал еще несколько дней назад, но что задерживалось в пути. Бесконечно уставший, но удовлетворенный результатом, он постучался и вошел в кабинет Эйлин, где она сидела за своим столом и беседовала с экономкой.