«Я – убийца… Я грязный, ничтожный убийца собственного брата…»
Холодок пробежался по спине, возвращая ужасы пережитого. Не мог он убить брата. Эйлин почему-то была в этом так сильно уверена, что не могла думать иначе. Не могла позволить, чтобы и он думал так же.
Что-то другое произошло в тот день. Может, если она выяснит это и освободит Сэмюеля от векового чувства вины, она сможет освободить и его сердце, которое услышит ее собственное? Ей просто нужно было найти хоть кого-то, кто работал тогда в Хорнкасле. Кто-то, кто мог пролить свет на события, которые отнимали у нее Сэмюеля. Он не должен был страдать за то, что обрушили на него его родители. Он не должен был нести вину за случайность, которую превратили в настоящее преступление. Он не должен был разваливаться на части каждый раз, когда слышал звуки выстрела. И не должен был запираться от нее, обязан был позволить, чтобы она обняла его… Он заслуживал гораздо большего, лучшего. Самого лучшего.
***
Проснувшись рано утром, Эйлин позавтракала в своей гостиной, оделась и уехала в деревню, взяв на этот раз экипаж, потому что была уверена, что не вынесет долгой дороги. От Рут она узнала, что Сэмюель еще спит в своей комнате. Очень надеясь, что он смог отдохнуть, Эйлин, велев передать ему, что она поехала навещать подруг и что скоро вернется, приехала прямо в лавку к Молли. Еще и потому, что ужасно хотела увидеть подругу.
Молли стояла за прилавком и как обычно была занята. Но сегодня она выглядела совершенно иначе. Эйлин поразилась тому, что Молли должно быть вот уже два дня как жена Роберта, который сумел всё же завоевать ее. И это преобразило ее. Она вся сияла, сияли ее волосы, ее глаза. Движения теперь ее были не резкими, а задумчивыми, осторожными. Она казалась такой красивой и счастливой, что невольно слезы навернулись на глаза.
Заметив ее, Молли оставила прилавок и бросилась к ней.
- Эйлин, Боже, как я рада вас видеть!
Она с ходу врезалась в нее и крепко обняла за плечи. Эйлин улыбнулась, обняв ее в ответ.
- Доброе утро, Молли. – Эйлин выпустила ее и оглядела с ног до головы. – Я так рада за тебя!
Молли внезапно покраснела, но не переставала улыбаться.
- Это того стоило, – совсем тихо произнесла она, будто сообщала самый важный секрет своей жизни. – Спасибо, что вдохнули в меня уверенность. Хотя… – Лицо ее внезапно стало серьезным. Несомненно она вспомнила случай с ранением Роберта. Выпустив подругу, Молли даже поежилась. – Не представляю, что было бы со мной, если бы…
Эйлин оборвала ее, сжав ее руку.
- Не думай пожалуйста об этом. Все позади. Если твой Роберт пережил обручение с тобой, значит он выдержит всё.
Молли снова улыбнулась. Застенчиво, счастливо.
- Он и правда теперь мой. – И вновь ее лицо стало серьезным. – А вы как? Мы не видели вас целых два дня.
Внезапно дверь лавки отворилась и вошли Джейн и Николь. Они обняли Эйлин и поздоровались так же тепло, как и Молли, но тут же заметили напряжение Эйлин.
- Что с вами? – осторожно начала Джейн.
Эйлин вздохнула, понимая, что может доверять только этим трем девушкам.
- Мне нужна ваша помощь, – сказала она наконец, оглядев все три напряженные лица.
- Разумеется, – тут же хором ответили все три, а Молли добавила: – Что от нас требуется?
Набравшись храбрости, Эйлин приступила к делу.
- Мне нужно знать, кто из жителей деревни работал в Хорнкасле двадцать три года назад.
Джейн удивленно моргнула.
- Меня тогда даже на свете не было. Мне всего двадцать один.
- Мы тогда не жили здесь, – пояснила Молли, – хоть мне тогда и было два года, но вряд ли это может помочь.
- Зато мы всегда жили здесь, и хоть я тогда была не старше Молли, я помню разговоры, которые не стихали еще много лет. – Она внимательно посмотрела на Эйлин. – Вы имейте в виду случай со старшим братом маркиза?
Сердце Эйлин застучало быстрее.
- Да. – Она поежилась, вспомнив бледное, искаженное лицо Сэмюеля. – Я должна знать, что именно произошло в тот день.
Николь поправила свои очки.
- Он как-то быстро умер. Не болел, не упал… Просто умер. – Помедлив немного, она добавила: – Кажется, в тот день был слышен выстрел в Хорнкасле.