Эйлин всхлипнула.
- Я… я… я просто хотела узнать тебя. – С трудом сдерживая себя, она тихо добавила: – Уже тогда ты мне ужасно нравился, но я хотела узнать тебя.
Сэмюель был поражен ее мудрости, с который она поступила много лет назад, связав их еще больше.
- Боже, неужели я уже тогда нравился тебе?
Она снова всхлипнула.
- Очень. Поэтому я решила, что письма помогу.
Он вздрогнул.
- Твои письма были самым лучшим подарком в моей жизни. Это открыло мне мир, о котором я даже не догадывался. Я даже не знал, что могу кому-то рассказывать, как я встречал день, чем занимался, почему мне нравится зеленый, а не черный. В этих письмах я узнал тебя и нашел то, без чего не мог уже жить. – Он придвинулся к ней еще ближе и незаметно обнял ее, обхватив ее за талию. – Я нашел там родную душу, за которую я бы боролся до конца жизни. Сперва я думал, что ты, едва увидев меня угрюмого и немногословного, решишь разорвать помолвку. Я думал, что ты захочешь найти себе кого-нибудь более веселого и приятного. – Он вздохнул, голос его осел. – Я думал и одновременно боялся, что вот ты пришлешь письмо и скажешь, чтобы я больше не писал тебе, но ты не только писала. Ты отправила мне свой потрет, отправляла все своим мысли, все надежды. И я вдруг поверил в то, что смогу исполнить твои мечты. Потому что ты исполнила мои.
Задыхаясь, Эйлин медленно взяла его лицо в свои ладони, не представляя, что можно любить так… сокрушенно, так неистово. Даже представить не могла, что его терзали те же страхи, что и ее.
- Какие мечты?
Глаза Сэмюеля потемнели, но уже не от мучений или ужаса. В его темных глубинах она увидела то, что так долго носила в собственном сердце.
- Ты стала моей мечтой. Я поверил в то, что теперь я не один в этом странном мире, что у меня есть та, к кому я смогу возвращаться. – Он еще крепче обнял ее и заглянул ей в глаза. – Эйлин, когда я говорил, что правда, которую ты открыла мне, не важна, это действительно так. Потому что все эти годы я жил с другой правдой и смог бы жить с ней и дальше, но я… – голос его совсем осел. – Я не смогу жить без тебя.
Слезы не просто душили ее. Эйлин боялась, что у нее от любви разорвется сердце.
- Сэмюель…
Он застонал, а потом стал покрывать поцелуями все ее лицо.
- Эйлин, я не знаю, как смогу жить, если ты уйдешь из моей жизни.
Его слова так сильно поразили ее, что Эйлин даже накрыла его губы своей ладонью, чтобы снова посмотреть на него. Потому что знала: если он поцелует ее, она потеряет голову и не сможет ответить на слова, которые потрясли ее до глубины души.
- Как я могу уйти? Боже, Сэмюель, я… я… – Она прижалась лбом его лба, ощущая слабость во всем теле. – Когда ты подарил мне щенка и ушёл, я хотела…
Он крепче обнял ее, глаза его не отпускали ее взгляд.
- Что ты хотела?
Когда тепло его дыхания коснулось ее, Эйлин встрепенулась и закрыла глаза.
- Я очень хотела попросить, чтобы ты остался, чтобы не уезжал… – распахнув веки, она с сожалением и горечью посмотрела на него. – Когда… когда однажды я сказала, что тебе нужно уехать… или уехать мне… Я на самом деле не этого хотела. Больше всего на свете я хотела, чтобы ты остался. Остался только со мной, ради меня, ради нас, но я боялась… Мне была невыносима мысль о том, что ты сам… не захочешь остаться.
Он так пристально смотрел на нее, словно был потрясен до глубины души.
Какое-то время он не произносил ни слова, а потом подался вперед и крепко поцеловал ее в губы.
- Господи, – простонал он с неприкрытой мукой, словно вся боль вышла из него с его голосом. – Я так виноват перед тобой, но в то утро, когда ты нашла меня…
Она прижала палец к его губам.
- Я знаю, – задыхаясь молвила она.
Да, теперь она знала, что с ним произошло тогда, но это не извиняло того, как он поступил с ней.
- Я… я не знал, боялся… я бы не смог объяснить тебе всего… и ты бы не поняла, не поверила. Ты бы решила, что я сумасшедший, и тогда точно разорвала бы помолвку, чего я не мог допустить.
Он не мог тогда ничего объяснить, поэтому позволил ей разбить ему сердце. Как бы ей ни было больно тогда, ему было еще хуже, потому что, сознавая свою вину, он так же понимал, что не сможет ничего исправить.