- Ты хорошо устроилась здесь?
Он увидел, как дрожит рука, которой она подносила к губам рубиновую жидкость, как раскрыла губы и сделала глоток. Самые невероятные, самые желанные губы на свете.
- Да, – прошептала она, отводя бокал от лица.
- Тебе здесь нравится? Всё устраивает?
Запоздалые вопросы, он прекрасно понимал это, и всё же должен был задать.
- Да.
- Тогда может…
Она опустила бокал на стол и резко встала.
- Я… я хочу лечь пораньше. – Она бросила салфетку и вышла из-за стола. – Спокойной ночи.
И ушла, тихо прикрыв дверь. Даже не взглянув на него.
Сэмюель обессилено откинулся на спинку стула и смотрел на дверь, в которую она вышла.
Ну, конечно, как он мог не понять этого. Он не просто напугал ее. Он напугал ее настолько, что она больше никогда не позволит ему приблизиться к себе.
Так не пойдет. Теперь, когда он вернулся, когда полностью осознал то, что должен был сделать, он не мог позволить, чтобы еще больший страх встал между ними. Ничего не должно было стоять между ними.
И был только один способ исправить это.
Сэмюель снова потянулся к бокалу.
Она слишком сильно нервничала, чтобы сразу же, поднявшись к себе, лечь. Скорее всего какое-то время она будет метаться, чтобы успокоиться, затем переоденется, умоется и… И еще какое-то время постоит у окна или у камина. Сэмюель внезапно вспомнил, как нашел ее стоявшую у кровати в их первую брачную ночь. Да, возможно, она будет стоять у кровати и в ужасе смотреть на нее, как делал он каждый день с тех пор как уехал, потому что не знал, как ложиться в пустую кровать.
Он даст ей время приготовиться ко сну.
Сэмюель допил вино и встал.
Он не просто собирался остаться.
Он должен был завоевать ее. По-настоящему.
Глава 15
Она не волновалась так с тех пор… С той самой ночи, которая и стала отправной точкой в ее новую жизнь. Ночь, которая не позволяла полученным ранам зажить ни на одну минуту. Раны, к которым добавились и другие сегодня днем, когда она с головокружительным безрассудством осталась с ним.
Эйлин не знала, куда деть себя. Будь ее воля, она бы просто убежала. Ее посещала даже сумасшедшая мысль перебраться на одну ночь в один из флигелей, не в тот, разумеется, или напроситься в гости к одной из своих подруг, но такое поведение не только не красило маркизу. Эйлин не могла убежать никуда. Еще и потому, что Сэмюель несомненно бросился бы на ее поиски. Она бы не смогла спрятаться от него, даже если бы улетела на Луну.
«Я хотел вернуться домой…»
Дом, который он ненавидел. Дом, который пообещал оставить и уехать.
И всё равно приехал.
«Хотел узнать, как ты устроилась…»
Задрожав, Эйлин обняла себя за плечи и… и не могла сдвинуться с места. На нее давила такая мучительная тяжесть, что она не могла даже дышать.
Он не просто вернулся домой. Он сидел в столовой, присутствовал на ужине так, словно они делали это всегда. Такой… В вечернем строгом фраке и белоснежной рубашке, которая еще больше подчеркивала его загар.
Может свет обманывал ее, может она обманывала себя, но ей показалось, что сон пошел ему на пользу. Кроме того он побрился, переоделся и… и снова выглядел так потрясающе, что она боялась смотреть на него. И не просто боялась. Эйлин не могла поверить в то, что еще недавно бесстыдно прижималась к его твердой груди, обнимала его невероятно широкие плечи, чувствовала на себе его сильные, теплые руки. Чувствовала на себе и в себе его всего… А потом сидела за столом и ужинала с ним, будто не произошло ничего.
Подняв голову, Эйлин посмотрела на дверь своей комнаты. Дверь, которую заперла. Ей хотелось подпереть дверь чем-нибудь, чтобы наверняка отгородиться. Страх душил ее так сильно, что она начинала задыхаться. Если он снова появится, она… Он не посмеет! Разумеется, он не сделает это! Он же сказал, что приехал, чтобы увидеть, как она устроена.
«И всё!»
В его приезде не было ничего особенного. Она бы поверила в это, если бы то внезапное помутнение рассудка во флигеле. Но в какой бы компрометирующей ситуации она не застала его в прошлом, Эйлин не могла поверить, что он мог поступить так и с другой…