Многие с его подачи сами становились зависимыми. Многие, но, как оказалось, не все.
Строившая мне глазки девчонка сумела избежать этого крючка.
Тогда в комнате, глядя на эту миниатюрную, немного растерянную фею в соблазнительном черном платье, я содрогнулся от ярости. Малышка с огромными карими глазами, совсем недавно привлекшая мое внимание, похоже оказалась расчетливой сукой, готовой пойти на все ради денег и в угоду любовнику. Мои руки так и тянулись свернуть ее тонкую шейку.
Но я сдержался.
Девчонка могла владеть нужной информацией, поэтому с той вечеринки я забрал ее с собой. А перед этим позаботился, чтобы именно на нее пало подозрение в убийстве Джонни. Мой план сработал. Теперь феечку ищет вся полиция города, а ее фотографии мелькают в многочисленных местных пабликах и на ТВ.
Она оказалась в ловушке, но пока этого не подозревала. Единственное правильное решение для нее — поделиться со мной нужными сведеньями. А если нет… Что ж, ей же хуже будет. Игра в кошки-мышки закончена! Пришло время отвечать за содеянное.
Взяв в руки большую охапку дров и топор, я направился к коттеджу.
Внутри дома стояла настораживающая тишина.
Неприятная прохлада, словно от сквозняка, пробралась мне под рубашку и заставила мое разгоряченное тело покрыться мелкими мурашками. Чтобы прогреть помещение, я быстро разжёг в камине огонь.
Дверь в единственную спальню на этаже была захлопнута — девчонка всячески давала понять, что не желает общаться. Но мы оба знали: от неприятного разговора хлипкая конструкция ее не спасет. Дольше тянуть смысла не было. Стянув с плеч куртку и небрежно кинув ее на барную стойку, я вошел в комнату.
Та оказалось пуста.
На полу возле кровати лежали серебристые босоножки, рубашка Хью, черное платье и пара неизвестных пакетов. Распахнутое настежь окно и виднеющийся в нем лес, темнеющий в лучах заходящего солнца, подсказали мне, куда упорхнула глупая фея.
Недолго думая, я схватил ключи от машины и выскочил на улицу.
Вокруг сгущались сумерки.
***
Лея
Я сидела на старом поросшем мхом пне, прислонившись спиной к стволу какого-то дерева.
Надежда оставила меня.
Холод, голод и дикий страх определяли все мое существование в эту минуту.
А еще очень хотелось спать. Но закрыть глаза и погрузиться в заветное забытье я не решалась, понимая, что могу больше не проснуться.
Нужно держаться.
Чтобы хоть как-то оградиться от этого мрачного леса, который, казалось, поглотил меня, я начала вспоминать самые светлые моменты из своей жизни. Так уж вышло, что их было немного, и все они связаны с моей единственной подругой.
...Знакомство с Меган.
Рождество в доме ее родителей.
Пятничные посиделки в кофейне на углу.
Бесконечные разговоры о парнях. Конечно, в основном говорила Мег, а я слушала.
Глупые шутки.
Маленькие секреты...
Все это было таким приятным, но теперь далеким.
Я представляла, как Мег переживает. Наверняка всю полицию города на уши подняла, чтобы они быстрее поймали Эйдена и освободили меня. За ней не станется.
Эйден...
Странно, но сейчас при мысли о нем я не почувствовала ужаса.
Боялась ли я его? Да! И еще как!
Верила ли по-настоящему, что он может меня убить? Интуиция подсказывала, что нет. Но, возможно, это — очередной самообман.
Эйден, несомненно, очень умен и опасен. Он как хищник, всегда готовый напасть. Его окружала аура беспощадности, решительности, жестокости. Но было за всем этим что-то еще, для меня пока неуловимое. И именно это «что-то» давало уверенность в том, что Эйден не мог причинить мне серьезного вреда. Да и добряк Хью тепло о нем отзывался.
И все же оставаться с Эйденом наедине больше не хотелось. Его обвинения в мой адрес — абсурд и сплошная нелепость. Но слушать этот болван ничего не желал. А ведь можно просто сесть и поговорить.
Черт, как же холодно!
Стук собственных зубов, прозвучавший неожиданно громко в тишине замершего леса, прервал мои раздумья. Неимоверными усилиями я заставила себя подняться с импровизированного кресла и снова двинулась вперед. Промокшие ноги замерзли так, что не чувствовались пальцы. Дело дрянь! Я понимала, что долго не продержусь, но продолжала упорно идти.