Виолетта пыталась не обращать внимания на нетипичное поведение принца. Она без лишних эмоций целовала его как можно увереннее, почти грубо, цепляясь пальцами за ворот его рубашки и сминая её. Фелиппе слегка напрягся, словно ему приходилось проявлять усилия в какой-то внутренней борьбе. Виолетта почему-то физически остро чувствовала его состояние сейчас.
Не было речи об откровенном поцелуе, поэтому она не раскрывала губы, воздействуя закрытым ртом. Но на Фелиппе, оказалось, влияло и это. Он вдруг осторожно обнял её за талию, едва уловимо притягивая ближе. Она каждой клеточкой тела ощущала, как принцу всё тяжелее оставаться сдержанным. Через пару секунд он уже, отбросив все сомнения в сторону, принялся отвечать на поцелуй.
Это было неожиданно обескураживающе. Виолетта оказалась просто не готова к такому. Фелиппе не проявлял несдержанную грубость, как в первый раз в этом замке — нет. На этот раз это была обезоруживающая чувственность. Совершенно новые для неё ощущения. И тем более сильные за счёт внезапности. Он целовал её так, что она не могла не прочувствовать, насколько принц в ней нуждался. Без давления, но с отчаянным стремлением. И, словно наказывая себя, не позволял никаких лишних действий, хотя явно жаждал их. Наверное, даже больше, чем тогда, когда чуть не изнасиловал. Намного больше. Виолетта почему-то знала это наверняка.
Что-то кольнуло в её груди. Виолетте стоило огромных усилий не откликнуться на его потребность в ней. Это было… совсем не противно. Даже наоборот.
Боже, Виолетта не могла настолько пасть! Она ведь всего лишь играла роль, не более.
Тело, в противовес мыслям, безвольно ослабло. Рвалось навстречу к нему. Эта неспособность контролировать себя пугала.
Виолетта жалобно всхлипнула, даже толком не сознавая этого. А принц вдруг отпустил её губы, но продолжал держать за талию. Впрочем, сейчас это было даже уместно — иначе Виолетта просто упала бы. Она всё ещё не пришла в себя.
Их взгляды встретились. Виолетта чуть не задохнулась, увидев непривычную гамму чувств в его глазах.
— Какой же я идиот… Ты не должна была проходить через всё это. Я должен был защитить тебя от всех бед. Мне так жаль, что я не понимал этого раньше, Виола.
Виолетта даже не поняла, почему вдруг так защемило сердце при этих неожиданных словах и взгляде. Она поверила ему. Видела искреннее раскаяние.
Слишком сильно. И тон, каким это было сказано, отзывался в душе, впечатывался в сердце. Слова были не просто произнесены — выстраданы.
И это почему-то прошибало насквозь, выворачивало душу.
Ведь она никогда не простит.
И почему он вообще назвал её именем, которым могли обращаться только близкие люди? Виолетта не давала ему такого права. И не позволит.
— Уходите, прошу вас, — с трудом сдерживая подступающие слёзы, срывающимся голосом проговорила она. — Сейчас же. Оставьте меня.
Практически мольба. Необходимость. Ощущение, что Виолетта вот-вот умрёт, если он останется и продолжит смотреть на неё этим своим взглядом.
Принц немного поколебался, словно хотел ещё что-то сделать или сказать. А затем вдруг резко развернулся и вышел.
За уже заканчивающимся ужином они обменялись лишь несколькими незначительными репликами. Принц начал терять терпение.
Как назло, ему не удалось застать Сэма. Он куда-то исчез. Вроде даже вышел из дворца. Фелиппе тогда не стал уделять этому внимания. Решил, что вряд ли днём произошло что-то, что ему надо знать. Подумал, что иначе бы Сэм сперва рассказал всё, а потом уже ушёл по своим делам.
Теперь принц понял, что просчитался.
Он понятия не имел, как сейчас вести себя с невестой. Действовал наугад: как ни в чём не бывало, — вышел недосказанный и ничуть не устраивающий его диалог. Надо сменить тактику. Прощупать почву.
— У меня такое ощущение, будто вы хотите мне что-то сказать, но не знаете, как это сформулировать. Не стоит держать в себе, — резко заявил он.
Виолетта слегка побледнела. Его слова явно застали её врасплох.
И, видимо, попали в точку.
— Вам показалось, — неожиданно серьёзно и невозмутимо ответила она. — Я уже сказала вам всё, что хотела, сегодня днём, помните? Мне нечего добавить.
Сегодня днём? И что же, интересно, это было?
Чёртов Сэм.
— Вот как… — почти прошептал Фелиппе, размышляя над способом незаметно узнать это от неё.
Он снова посмотрел в её глаза. Но уже другим, внимательным и пристальным взглядом. И по её словам, и по глазам принц практически читал разгадку, но она неумолимо ускользала в последний момент.