От такого вопроса меня непроизвольно перекосило. Аж передёрнуло! Чур, не меня, снова в такое не вляпаться лишь бы.
- Никто мои уши не жрёт, Михаил Германович.
Начальник непонятно чему кивнул. Странный он, однако.
- Ну, вот и не спорь, - вытеснил он меня из кабинета и, подхватив под локоток, повёл к выходу, - а так я смогу тебе помочь и извиниться.
- Извиниться? – опешила от такой новости.
- Да, за своё поведение, - посмотрел мне прямо в глаза, а я перевела взгляд вперёд. - Я был не прав, что наговорил тебе всё это. Прошу прощения. Так я хочу загладить свою вину, согласна?
Будто у меня есть выбор. Не знала, как вести себя с этим непонятным мужчиной. Непроизвольно скосила глаза на волосы, что закрывали шрамы.
- Согласна, наверное, - неуверенно протянула, продолжая шагать в ногу с начальством.
- Вот и молодец.
За полчаса мы были на месте. Михаил Германович нёсся с бешеной скоростью, поэтому расстояние до городка родителей мы преодолели достаточно быстро.
Мама спала в палате, время посещений закончилось, и нас не хотели пускать к ней. Благо отец был там, поэтому после короткого разговора по телефону вышел к нам. Папа сообщил, что это микроинсульт, сейчас состояние стабилизировалось, и уже не стоит волноваться. Ага, будто это так легко. Меня ещё сильнее стало грызть чувство вины. Понятно было, что лечение здесь так себе, а на МРТ, со слов папы, вообще очередь.
Я присела в приемной, совершенно потерявшаяся, как-то даже не вспомнив, что Михаил Германович всё это время был рядом и слышал наш разговор с отцом. Он отвёл папу в сторону, и они о чём-то стали там шептаться, а я то и дело ловила взгляды сначала родителя, затем и шефа. А потом отец отошел к медперсоналу, а начальство стало куда-то названивать.
После разговора этот малопонятный мужчина подошёл ко мне и огорошил новостью.
- Твою мать переведут в другую больницу, частную, в городе. Там всё нужное для её обследования и реабилитации есть. Я договорился, её перевезут завтра. Твой отец сейчас сообщит им номер врача, они свяжутся с местным отделением, чтобы узнать, когда можно перевезти её к ним, заодно заберут её карту. Сразу как она к ним поступит, её отправят на полное обследование.
По мере того, как он говорил всё это, мои глаза становились больше, а челюсть падала всё ниже. Представляю себя со стороны, да....
- Но как… - не могла поверить, что он взял и обо всём договорился.
- Деньги, - спокойно пожал он плечами. – Они творят чудеса.
Это ничего не объясняло, поэтому нахмурившись, задала другой вопрос.
- Но зачем?
Михаил Германович присел рядом со мной и продолжил крутить в руках телефон, стараясь не смотреть на меня, а я изучала его профиль. Не понять мне этого мужчину, а его поступки тем более. Они вводят меня в ступор.
- Я всё ещё чувствую себя виноватым, помнишь? – ухмыльнулся он.
- Но не настолько же! – воскликнула я.
- Настолько.
- Я верну, - твердо сказала я.
- Не бери в голову, - отмахнулся шеф от моего предложения.
- Верну, - заупрямилась я.
Он наконец-то повернулся и внимательно посмотрел на меня. Не знаю, что он хотел увидеть, но потом тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула.
- Хорошо. Скажу Вике, будет удерживать определенную сумму у тебя из зарплаты. Так пойдет?
- Да. Спасибо вам.
- Тебе, - поправил он меня.
- Не поняла…
- Спасибо тебе, - глядя в глаза, тихо и уверено произносит босс.
Я кивнула и отправилась поговорить с отцом, который почему-то был абсолютно спокоен, ничуть не удивившись действиям и помощи Михаила. Папа объяснил мне нюансы переезда, обнимая и целуя в макушку, как делал это всегда.
- Можно я у тебя остановлюсь, пока мама будет обследоваться в частной клинике? Хочу быть рядом на всякий случай, а то пока доеду отсюда в город, - тяжело вздохнул отец.
- Конечно, пап. Это же и ваша квартира, - отец прижал меня сильнее к груди, а я подумала, как же я буду объяснять своё отсутствие по ночам. Вот и пришел тот момент, когда скрывать правду дальше нельзя, а нужно уже рассказать о новой работе… Лишь бы и папу не уложить на больничную койку. Одно дело слушать обвинения от Дениса по телефону, а другое – убедиться в этом лично.