- Не знаю. Наверное, шиншиллка.
- Тогда почему я сначала была птичкой? – деланно возмутилась я. И такое у Феди было лицо в этот момент, что я не выдержала и засмеялась.
- Расслабься, Казанова. Грызуном мне тоже не особо хочется быть.
- Ольчик, давай сходим с тобой в кинчик? – опережая мой протест, почти сразу выпалил. - Я узнал, у тебя в субботу выходной. Или ещё куда, смотри сама. Я за любой кипиш, кроме необоснованной голодовки.
Никогда не могла понять такое коверканье слов: «кинчик», Ольчик. И если «Ольчик» ещё хоть как-то можно перетерпеть, то вот «кинчик» положительных эмоций не вызвал от слова «совсем». Аж передернуло всю.
- Не могу, Федь, - отходя от него и вскрывая коробку канцелярским ножом, ответила парню. – Я в субботу обещала помочь другу. Прости.
- Ну а в другой день? – не сдавался Федор. Почему-то не хотелось обижать парня и дальше, ведь он просто ищет встречи. Так когда-то и Дэн хотел просто сходить на свидание…
- Посмотрим, как карта ляжет, - отогнала подальше мысли о бывшем женишке-предателе.
- Главное, чтобы не джокер. Не люблю оставаться в дураках.
- Мне надо работать, прости, - чуть отступая, произнесла я.
- Оль, давай пойдем в бар, выпьем чего-нибудь безалкогольного, поговорим, - хватая меня за руку и притягивая к себе, предложил Федя. - Всех дел ведь и не переделаешь, - практически мурлыкающе произнес он, нежно глядя на меня.
- Надо делать так, чтобы не пришлось их переделывать, Федь, - отталкивая его, сказала я. - Не могу, прости.
Он снова подошел ко мне, взял за руку и посмотрел в глаза.
- Оль, я серьезно. Ты мне нравишься, и я…
- Не надо, Федь. Я пока не готова,- осторожно высвободила свою руку из его, улыбнувшись. - Иди, к смене готовься.
И ведь понимаю, что грубо, но не могу, не могу иначе. Так быстро переключаться между парнями я уж точно не умею. Ещё и этот чёртов Германович в моей голове… Тьфу ты!
- Хорошо, моя принцесса. Я пошел тогда? – усмехнулся Федор.
- Иди, - улыбнулась в ответ.
Когда дверь захлопнулась, я отвернулась и принялась дальше раскладывать брошюрки. Разгибаюсь от стола, делаю шаг назад и врезаюсь в скалу, не меньше.
- Федь, я же сказала… - «ну и упрямый мужик!»
- Это не Федор, - строгим голосом произносит начальство, а у меня на «загривке» каждый волосок встает по стойке «смирно», как у кота перед нападением. Черт, почему я так реагирую на этого мужчину! Даже Дэн не заставлял меня так напрягаться. – Что Вы тут делаете, Ольга?
Медленно, будто от этого босс за спиной развеется сам собой, обернулась и, подняв глаза, вылупилась на него. Стою и вспоминаю, что я тут делаю вообще, будто рыбка, ртом еще хлопаю. Птички, грызуны, рыбки…Зоопарк какой-то в моей голове…Что же я тут делаю? Не я же вторглась к нему, он ведь зашел…Ах, да…
- Мне надо в клиентской зоне разложить новые брошюры, - вспоминаю я, показывая напечатанные листы. Специально сую их ему под нос для наглядности. – Вот. По поручению Вики обновляю клиентскую карту.
- Ольга Александровна, а Федор что забыл в клиентской вип-зоне? – хмурится начальство, подходя практически вплотную, игнорируя все мои «демонстрации». И вот я уже чувствую аромат мужчины более четко, пытаясь на вздохе впитать его запах в себя. – Тоже «обновляет» что-то?
Но вредина во мне не спит, бдит. Так и хочется нагрубить: «Голову, наверное, забыл. Вы не находили вместе с вашей?» Но благоразумие в последний момент берет верх надо мой, помогая сохранить непринуждённый вид. Ох, и надоели мне все эти мужики!
- А мне откуда знать, Михаил Германович? – лениво протянула. - У него надо спросить. Я программки должна разложить, - безучастно отворачиваюсь от него, возвращаясь к листовкам с энтузиазмом, как работник года.
- А это разве цирк или театр, чтобы вы программки тут раскладывали? – хамит мне шеф. Но это меня абсолютно не трогает. Когда годами испытываешь чувство одиночества от нехватки общения, то постепенно перестаешь обращать внимание на негативные эмоции окружающих, наоборот, даже радуешься любым проявлениям их чувств, пусть и отрицательным.
- Это театр танца, - пожала плечами. - Что в этом такого? И программки уже заказаны, не мной, - подчеркнула последнее, всё так же не глядя на него.