- Прекратили оба! Дебилы! – рявкнула, переводя свирепый взгляд с одного на другого.
Уже и Арсений вовсю мутузил Федора. Ничего не оставалось, как прыгнуть между ними и разнимать. Даже не страшно было получить по лицу, его уже ничем не испортить.
Грудные клетки вздымались у парней, как у двух диких животных, готовых разорвать друг друга. Но мне удалось остановить этих сумасшедших. Чёрт, я Рэмбо! Нет, круче – Чак Норрис!
- Вы чего, парни? С ума сошли? – поочередно смотрела в глаза то одному, то другому.
- Да просто один павлин тут яйца к тебе подкатить решил, за моей спиной, - прорычал Федор исключительно для Арсения.
- Пока ты свои полировал, да? Долго собирался… - усмехнулся Арсений.
- Ну и сука же ты! – буквально выплюнул эти слова Федор и снова ринулся в сторону Арсения, который улыбался.
- Успокоились! Оба! – расталкивая этих горилл, уже рыкнула я. – Что на вас нашло?
- Ты моя! – припечатал Фёдор, но при этом не сводил глаз со своего друга. Надеюсь, не бывшего. - Я тебя первый выбрал! И на свидание тебя позвал, хотел сюрприз сделать. Всё этому уроду рассказывал, как ты нравишься мне, а он… - стал объяснять Федя.
- Ну и что? Что с этого? Может, она и мне понравилась давно, просто я молчал в отличие от тебя, п*здешника, - не остался в долгу Арсений. Как дети малые, ей-богу!
- Сука! – меня оттолкнули в сторону и продолжили разбираться с помощью кулаков.
- Так я и знала! – произнесла Инна Леонидовна, о существовании которой мы все забыли. - Всё-таки притон! Ключи и деньги за разрушенную мебель оставите на тумбочке, Арсений! – изрекла эта дама и решила ретироваться, пока ей тоже не досталось. Хотя какая мебель, если всё цело и невредимо.
Надо ли говорить, что Инна Леонидовна ещё смилостивилась, разрешила съехать не сегодня, на ночь глядя, а завтра.
- Доигрались, альфа-самцы! – выдохнула я рядом с парнями, когда те успокоились. Раздражённо потерла переносицу, пытаясь осмыслить всё происходящее. – Где ты теперь будешь жить, Сень?
- Ничего, что-нибудь придумаю. Может, к тебе перееду, - и насмешливый взгляд в сторону Феди.
- Хрен тебе моржовый, а не с Олей жить. У меня перекантуешься, под бдительным присмотром, - бросил зло Федя.
- Ну вот, Оля, а ты переживала! – беспечно заявил Арес. - Смотри, как быстро нашлось жилье! – хохотнул, было, Арсений, но схватился за разбитую губу, втягивая воздух сквозь зубы – Ссссс…
- Идиот, - выдохнул Федор, держась за скулу.
Собрав свои вещи, помогла Арсению собрать и его. Федор же сидел со льдом у глаза и молча буравил нас взглядом. Затем эти двое горе-друзей решили подбросить меня до дома. Не мне отказываться, ведь на дворе уже было около трех ночи. Спать не хотелось благодаря рабочему режиму, но усталость от сегодняшнего дня была, поэтому просто хотелось скорее к себе. Уже въезжая во двор, спросила у обоих:
- Как же вы теперь выступать будете с такими лицами?
- Ничего, - отмахнулся Бог войны, - не впервой. Ты прости, что так получилось, - останавливаясь в начале дома, ответил Арсений. Как всегда, сама галантность.
- Да ничего страшного, - злорадно усмехнулась уже я, - даже интересно было, кто кого завалит. Два титана на ринге, - парни улыбнулись моей фразе, понимая, что я шучу, а значит, зла не держу. – Доброй ночи!
Пока я шла к подъезду, парни провожали меня взглядом. Они не торопились отъезжать, хотели удостовериться, что я дошла до квартиры и включила свет. Так мы договорились.
Когда неожиданно зажглись фары внедорожника рядом со мной, а из дверей показался крепыш со словом: «Она!», моё сердце ёкнуло и ушло в пятки, а крик замер где-то в горле. Черный мешок на голову и вот меня уже тащат двое куда-то. И только на заднем плане ночную тишину разрывают крики Феди и Сени:
- Оля!!!
- Стоять, козлы! Оля!!!
Но вот дверь закрывается и машина трогается.
Глава 8
Меня убьют! Меня точно убьют!
Зачем я им? Миллионов нет (сумка у них – могут проверить), машины нет, квартира - и та на родителях. Голодранка я!
Вжимаюсь в кожаное кресло, пытаясь что-то придумать, но мой мозг остаётся девственно чистым, как белый лист бумаги. Слезы брызнули из глаз, впитываясь в черную ткань мешка на моей голове. Кислорода становится всё меньше и меньше, а мне кажется, что я сейчас задохнусь.