- Ежонок, я прилягу рядом? Ты же не возражаешь? – промурлыкал этот засранец. Ох, слабо я его приложила! Знала бы, ещё и ногой поддала бы. По почкам. Для профилактики.
У меня что-то вообще произошёл разрыв шаблона. Что, к чертям собачьим, происходит?! Так, главное спокойствие. Перевела взгляд на шефа и злорадненько так уточнила:
- Пффф, а если возражаю?
- Всё равно прилягу, - устраивается рядом, ложиться на бок, а голову поддерживает рукой, согнутой в локте. – Хотя могу вернуться и в первоначальную позу, но боюсь, это тебя скомпрометирует.
А-а-а-а, так это я ещё не совсем скомпрометирована, да? Вот же ж…
- Отпусти, - хмурюсь я.
- Не-а, - отвечает донельзя веселый Миша.
- Пусти, сказала.
- А то что? – улыбается эта зараза. Его всё более чем устраивает.
- А то…а то тебя оштрафуют за нападение на менеджера, - так себе аргумент, но хоть что-то.
- Кто? – в притворном ужасе округляет глаза Главнюк, а я аж зубами заскрежетала от бессилия.
- Профсоюз, - отвечаю серьезно, на что шеф просто «угорает».
- Стриптизеров? – уточняет.
- И они тоже.
- Ух, как всё серьезно-то. Прям боюсь, - изображает шеф. - А где ж я нападаю, милая?
- Это похищение, милый, - в тон ему ответила я.
- Повтори ещё раз, так приятно слышать, - зажмурил глаза этот … нехороший человек.
- «Это похищение»?
- Нет, «милый», только ты забыла «мой» добавить в конце, - и лыбится. Ну вот же…ну вот … ну… слов нет!!!
- Не переживай, ежонок, не надо. От этого морщины появляются. А нам еще надо побыть наедине, поговорить немного… - загадочно протянул он, прижавшись ещё теснее ко мне. Куда уж ближе-то???
- Зачем? Да и вообще, что это вы меня ежонком называете?
- Я подумал, что «козявочка» тебя обидит, хотя оно тебе больше подходит.
- Нет, ну вы вконец обнаглели! – возмущенно посмотрела на него, а потом подёргала руками, проверила, насколько хорошо зафиксированы они. Эх, хорошо.
- Наглость - это «крокозябра», а козявочка - это особая близость с элементами подкола.
- Ну, тогда вы козявочник, да? – криво усмехнулась в наглую физиономию шефа.
- Хочешь меня обидеть? - веселится этот полоумный. - И давай уже на «ты». Запарился «выкать».
- Хочу показать особое отношение к тебе, раз уж мы на «ты». Козявочником не каждый день шефа назовешь.
- Я же говорю, - будто и не услышал всех моих тирад до этого, - ежонок - лучший вариант.
Я фыркнула.
- Пока у нас есть время, будем проходить терапию по сближению с противоположным полом.
На такое предложение я лишь закатила глаза.
- Так ты помимо шефа, стриптизёра, ещё и терапевт? Обалдеть можно! Никогда бы не подумала, - саркастично заявила я.
- Прости, что не оправдал твои стереотипы, - и ещё жизнерадостней стал, если это вообще возможно.
- Да ты непробиваемый просто! – возмутилась я таким положением дел.
- Ага, спасибо. Так вот, мы с тобой должны обсудить кое-что из моего прошлого, чтобы ты поняла всё. И больше к этому не будем возвращаться. Сначала я приглашу тебя на свидание, а затем посмотрим. Сфокусируйся на мне.
И таким безапелляционным тоном это было сказано, что я офигела, даже несколько раз открыла и закрыла рот.
- Что, словесная нефтескважина исчерпалась? – интересуется этот…пусть будет танцор.
- Нет, - захлопнула рот и глубоко вдохнула, успокаиваясь, - просто «перевариваю» услышанное. Ты уже всё решил за обоих, как я посмотрю?
- Да, а чего тянуть? – пожал он одним плечом, внимательно смотря на меня. - Итак по моей вине затянули. Я хочу тебя, и ты будешь со мной, - как само собой разумеющееся выдал он, а потом протянул ко мне свою наглую конечность и заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо, проведя пальцами по щеке, останавливаясь на губах.
От удивления я аж зависла, а потому пару раз моргнула для возвращения в реальность, чтобы затем, ехидно глядя на него, протянуть:
- Спасибо, что поставил перед фактом.
- «Спасибо» в карман не положишь, - ухмыляется Миша.
- В руках унесешь, - огрызаюсь, но тут Миша хватает меня и целует, заставляя проглотить всю тираду, что я ему мысленно уже высказала. Даже слова в голове разбились на буквы в это мгновение.
Да-а-а-а…Чем дальше в лес, тем злее дятлы. Он взрывает мне мозг!
Но почему тогда поцелуй вызывает во мне столько эмоций? Почему я не могу остаться равнодушной, снова погружаясь в этот водоворот под названием «чувства»? В этом нежном прикосновении его губ к моим губам, кажется, вся суть притяжения между нами. Образовавшаяся воображаемая нить укорачивается, притягивая нас, обматывается вокруг тел, связывая их, становясь канатом, прочно сжимающим в своих объятиях.