И вроде даже танец сначала хорошо «пошел». Я следовала указаниям Вики, и застала начальство в его кабинете врасплох, когда закрыла дверь на замок и врубила музыку на телефоне. Сбросила на пол черный плащ, оставшись в красном белье и чулках. И ничего, вроде как, не предвещало беды. Движения были плавными и интригующими. Я видела разгорающийся интерес и желание в глазах Миши. Но потом что-то всё же пошло не так. Каблуки подворачивались, скользили. Ужас!!! Капли пота выступили на лбу у нас обоих от страха за мои попытки остаться хотя бы в живых. Но я упорно продолжала танцевать, когда уже даже Миша встал из-за стола и обошел его, сложив руки на груди, присев на край мебели, вытягивая свои длинные ноги и не отрывая от меня внимательного взгляда.
Меня это распалило и разозлило: я дотанцую!!! Несмотря на едва сдерживаемую улыбку объекта соблазнения. И вот нечего пытаться не заржать в голос, когда я тут стараюсь совратить! А в конце вообще решила, что даже сделаю минет. Вот что злость тваретворящая с людьми нормальными делает! Поэтому решительно подхожу к Мише, а этот засранец улыбается уже в открытую. Ла-а-адно… Плавно опускаюсь вдоль мужского тела, расстёгивая его ремень и ширинку. Но неожиданно подворачиваю ногу и ломаю каблук, падаю сама и утаскиваю за собой Мишку. Следовало остановиться еще в начале танца, потому что еще минута — и действительность безжалостно уничтожила это волшебство.
- Да-а-а, так меня удивить ещё не пытались, - серьёзно произнёс объект соблазнения, а у самого в глазах затаились смешинки. - Прикольная у тебя техника.
- Видишь, как опасно меня хотеть…Огонь-девка… - стрельнула в него страстным взглядом, закусив губу, чтобы не расхохотаться. Кто-то тоже держится из последних сил.
Смотрим в глаза друг другу и взрываемся от хохота.
- Я тебя в клуб на работу не возьму. Прости, милая.
- Ой, иди ты… - шмыгнула носом от обиды.
- Ты чего, ежонок? – подтащил меня к себе мужчина, целуя в макушку. – Не обижайся. Но больше не танцуй так. Я думал, ты сейчас шею себе сломаешь.
- Я тоже так думала и молилась…
Мишка засмеялся. И так приятно стало, когда он поцеловал меня сладко и томно, что вся обида улетучилась.
- Тебе некомфортно было, - объяснил он после поцелуя, наглаживая мне спинку. - Нельзя для танца новичка такие каблучища одевать. Но старания твои оценил, и мне даже понравилось, - ущипнул меня за полуприкрытый зад.
- Оценил старания? Ты ослеп что ли? – шлёпнула его по руке, пытаясь вывернуться и встать на ноги.
- Это было … феерично, - снова хохотнул Мишка, не давая мне выкрутиться из крепких объятий. – Но я сам тебя научу двигаться.
Теперь мы к тренировкам на мотоциклах приплюсовали еще и занятия с Мишкой танцами то в зале клуба, то у него дома. У меня же мы бывали крайне редко.
Как только у меня появилась уверенность в управлении мотоциклом, Мишка купил и подарил мне двухколесного друга и экипировку. Вечером мы вместе гоняли по городу, а также иногда утром добирались на работу. И мне это так нравилось!
Родителям я ничего не говорила из того, что сейчас происходило в моей жизни. В гости к ним ездила исключительно одна, на общественном транспорте, чтобы не пугать в первую очередь маму, состояние которой могло из стабильного перейти в крайне тяжелое после моих «рассказов». Единственное, успокаивала родителей тем, что сейчас встречаюсь с молодым человеком и у меня все хорошо. И не собираюсь помирать одна в квартире от волчьей тоски и воя, как понапридумывала себе мама.
Также отправила фотографии в клинику и скан своей медицинской карты, которую забрала у родителей, где были отметки обо всех пройденных мной этапов лечения. Спустя три-четыре недели получила приглашение на операцию. Клиника готова принять меня, ведь какой-то меценат дал своё согласие, а главное - деньги, чтобы помочь мне. А я что, против что ли?
Мише пока не говорю, молчу. Сказала только родителям, которые попросили, чтобы деньги на перелет и на другие расходы я взяла у них, дабы не брать кредит, как изначально и хотела. У меня и свой счёт уже имелся с некой суммой, так что на проживание и еду мне хватило бы. Теперь оставалось только определиться с датой вылета.