— Спасибо, это очень вкусно, — ставлю тарелку на стол, съев лишь половину, и ложусь обратно на подушки. Я надеялась, что мне станет легче сегодня, но мои надежды не оправдались.
Катрин кивает в ответ, они обе испытывающе смотрят на меня, ждут ответа. Я отрицательно мотаю головой.
— Я не верю, что она на такое способен.
— Любовь делает нас слепыми.
— Дело не в этом! Они не такие, они лучше, чем могут показаться, вы просто не знаете, они правда заботились обо мне. Если бы не Оуэн и Аарон меня бы с вами не было, Ричард прикончил бы меня в тот же день, когда я его бросила! — говорю я, а потом будто начинаю задыхаться, часто дышать, воздуха не хватает.
— Они подвергли тебя опасности, Грегори все рассказал, Веронике, а она мне, — Катрин раскрывает цепочку, по которой двигались новости обо мне. — Я знаю, что ты могла пострадать из-за них.
Я молчу, прикрыв глаза. Я закрывала на это глаза, но в этом есть правда. Возможно, не встреть я их, Аарон не врезал бы Ричарду, и тот не стал бы мне мстить. И всего этого не произошло… Если бы не они…
— Они ввязываются в опасные игры с наркоторговцами, — Катрин не унималась, — а этим должны заниматься профессионалы, такие как твой брат. И ты веришь, они тебя защищали или действовали в лучших целях, а ты не думала, что они просто убирали конкурентов. Они тоже могут быть частью этого криминального мира. Один насильник, другой наркоман.
Она говорит словами брата. Я хочу ее поправить и сказать: «Один подозреваемый в деле об изнасиловании, второй бывший наркоман». Потом думаю, что в этом нет совершенно никакого смысла. На них клеймо, им не отмыться. Люди судят о внешности, доверяют прошлому больше, чем настоящему и не дают людям второго шанса. Может, это правильно, но не с ними. Аарон и Оуэн заслуживают его.
— Они тебя не били, не принуждали принимать наркотики? — спрашивает Вероника осторожно, видимо, чтобы добить меня окончательно.
— Господи, конечно нет! — чувствую, как злость заполняет меня, лучше бы я оставалась одна, пусть бы мне слились самые ужасные кошмары, но только не вот это все.
— Скоро ты отправишься, забудешь обо всем, и жизнь войдет в нормальное русло. — Катрин пытается смягчить те суровые речи, которые она произнесла только что. И было бы здорово, если бы она на этом остановилась, если бы мы прекратили говорить об этом вовсе, но она продолжает. — Хорошо, что брат спас тебя от этих отношений. Сама посуди, оставаться с ними, даже если они святые люди, это тупик. Ты никогда не сможешь их представить бабуле, тете и отцу. Они просто не поймут этого, для них это ненормально. Мы с Вероникой всегда тебя поддержим, даже несмотря на то, что я против, я не стала бы мешать твоему счастью, я бы промолчала и закрыла глаза на все, потому что это твоя жизнь. Мы бы встречались, ходили бы на двойные свидания, я даже Джейкоба попросила не ерничать на эту тему. Но это только мы с Вероникой тебя поддержим, может, кто-то из коллег. И все… Остальной мир будет против вас, вам не дали бы спокойной жизни. Ты знаешь, в некоторых штатах даже геям живется непросто, а тут вы со своим трио. А что дальше. Допустим, вы живете вместе год, два, пять. А дети? А свадьба? Ничего этого с тобой не случится? Двоя тебя у алтаря ждать не могут. А детям ты скажешь, что у них два папы? Оливия, это не правильно. Поэтому, слава богу, Грегори вовремя все остановил. Ты хорошая умная девушка, найдешь себе достойного парня, и все у вас будет хорошо.
— Только не мудака, — подхватывает Вероника.
Я пытаюсь выдавить из себя улыбку и даже сказать будто тост: «Только не мудака». Но к горлу подступает тошнота. Я вскакиваю и бегу в туалет, желудок отказывается принимать еду… Я обнимаюсь с унитазом и слезы хлещут из глаз.
Спустя время я чищу зубы, выпиваю стакан воды, переодеваюсь и иду спать. Девочки желают мне доброй ночи и еще долго сидят, болтают внизу.
Утром я провожаю подруг, благодарю их за все. Катрин извиняется за то, что возможно, была слишком резка вчера. Я говорю, что все нормально, обнимаю ее, и они уходят.
Я знаю, что мне нужно заставить себя съесть хотя бы немного еды, вместо этого пью йогурт и опять ложусь спать. Я бы проспала целый месяц, если это помогло мне забыть обо всем.
Грегори присылает сообщение, чтобы я не выходила из дома, включила охрану и взяла трубку, если он будет звонить. Он обещает, что расскажет все, когда придет домой вечером. Так начался второй день без Аарона и Оуэна.