— Что? — Камал не мог поверить услышанному, его удивлению не было границ, — Ты шутишь? Вы жили под одной крышей, и между вами ничего не было?
— Да… — еще больше смутилась Сони, и румянец на щеках начал жечь её красным огнем.
— Но в борделе ты не отрицала, что ты не … — с недоверием посмотрел он на неё, не в силах произнести слово «целка», не веря в её девственность.
— А что бы это изменило? — возмутилась Сони, вспыхнув красным огнем румянца на щеках, так как поняла, что он имел в виду, — Твой отец сжалился бы надо мной и отпустил?
— Нет! Наоборот, постарался бы получить больше выгоды на этом, — взъелся Камал, озлобленно возмущаясь тому, как бы мог поступить отец, чтобы усмирить нрав бунтарки ради выгоды.
— Вот видишь, — Сони издала нервный смешок.
А Камал, всё еще не веря своим ушам, возмущенно пыхтел:
— Это за гранью моего понимания. Нет!!! Ну как такое возможно?! Я бы давно уже соблазнил тебя, ну или взял бы силой!
Сони вдруг рассмеялась, и ее смех был таким заразительным и переливчатым, что Камал не сдержался и присоединился к ней.
— Вообще-то ни то, ни другое применить у тебя почему-то не получилось, — подтрунивая его, произнесла Сони, все еще улыбаясь, — и, к тому же, Кайрат как-то пытался однажды, когда был немного навеселе. Но я даже не знаю, как смогла оглушить его, правда, утром он ничего не помнил.
И Сони прыснула от смеха, по-детски пряча лицо в ладонях.
Камал зачарованно смотрел на её детскую наивность, беззаботный смех и также улыбался ей в ответ. Он никак не мог поверить до конца, что эта хрупкая, нежная и миловидная девчушка смогла остаться верной своим принципам. Жила в своем розовом мирке и не позволила осквернить себя этому порочному миру.
— Правда, я теперь не знаю даже, как вернуться домой?! Дом осквернен его изменой, мне противно в него возвращаться… — внезапно озабоченно произнесла Сони, по всему было видно, что она немного успокоилась, отпустила ситуацию и смирилась с реальностью.
Для Камала это не было проблемой. Он решил по-быстрому этот вопрос. Кайрата он выставил мирно по просьбе Сони без единой царапины, правда, скромно объяснив ему, что и как, чтобы он более не приближался к Сони и за километр.
=*****=
После того, как выдворили Кайрата, Камал помог Сони продать дом и на вырученные деньги приобрести 3х-комнатную квартиру в центре города.
Сони решила распрощаться с прошлым и начать всё с чистого листа.
Она поступила в ВУЗ в кафедру иностранного языка по специальности «Переводческое дело». Камал также помог ей устроиться на полставки на работу в вечернее свободное от учебы время. Не смотря на её отказы от финансовой помощи, Камал всё же периодически помогал ей иными путями, незначительно, чтобы не ударять её по самолюбию. Тем самым он продолжал поддерживать с ней уже дружескую связь. И троица друзей продолжила свое общение с Сони уже в другом формате.
Они постоянно были вместе, всегда находили повод для встреч и общих сборов, а Сони стала для них центром внимания. Камал потихоньку начал вводить Сони в круг своих знакомых. Она познакомилась с его лучшим другом местным врачом Игорем и его женой Натальей, с которой быстро сдружилась. Также, он познакомил ее с Джеком, представив его, как своего «крестного» отца, что вырастил и воспитал его с пелёнок.
Детская наивность Сони и непорочность, неоскверненная злобой и ненавистью покоряла Камала каждый раз. Ее любовь к жизни, благоговейность ко всему живому раскрывала прекрасные черты душевного мира и покоя, чего так порой не хватало ему самому. Ведь вся его жизнь была окружена насилием и пороком. А в обществе этой детской непосредственности он словно был окружен благословенным умиротворением. Она словно излучала любовь вокруг себя. И вся троица отъявленных головорезов, какими они сами себя считали — Николя, Димка, да и сам Камал, в ее обществе превращались в ручных котят, которыми она могла бы манипулировать одним мягким взглядом и доброй улыбкой. У них троих начался новый период в дружбе. Период соперничества, за право внимания Сони. Но Сони не выделяла никого из них, не поощряла кого-то в отдельности. Она относилась к каждому из них с особым уважением, а они в свою очередь трепетно относились к ее вниманию.
Со временем Камал смог покорить и сердце Сони. Но она долго не признавалась в этом даже себе.
Камал видел в ней ребенка, который еще не успел раскрыть свою сексуальность, познать свою женственность и силу чувственности. Она была, как не распустившийся бутон розы. И Сони даже не подозревала, как был прекрасен аромат этого не распустившегося цветка, который будоражил кровь и безудержно манил к себе мужские взгляды. Феромоны, которые излучало её юное тело сводили с ума не только Камала, но и Николя с Димкой, которые также были пленены ее грудным смехом. Они окружили её не только заботой, но и оберегали от похотливых взглядов посторонних парней либо мужчин, поэтому частые вечерние прогулки завершались групповыми побоями и местными дворовыми разборками. Что Сони в свою очередь не одобряла.