Он безумно желал эту девушку, но осознав, что чувства Камала взаимны, отошёл в сторону. И лишь издали мог наблюдать за ней. Не выдавая свои чувства. Довольствовался лишь её дружбой…А этот глупец так и не понял этого. Николай не посмел встать между ними. Он просто продолжал заботиться о ней. Вместе с Димкой они продолжали общаться и развлекать её каждый день, чтобы отвлечь от грустных мыслей.
Одёрнув себя от этой картины в прошлом, Николя сжал челюсть с такой силой, что желваки заиграли на скулах.
— Если бы я знал, что ты так по-свински с ней обойдешься, я бы не оставил тебе ни единого шанса, — выпалил он, яростно взглянув на Камала.
— Я всегда это чувствовал, — процедил сквозь зубы Камал, но голос не был пропитан яростью, скорее в нем звучало разочарование, — иногда ловил твой восхищенный взгляд, но старался интерпретировать его иначе.
— И я не переступил через дружбу, — словно выплюнул слова Николя, раздражаясь, — но ты осмелился на большее! Посмотри, что ты с ней сотворил! Ты ж её по стенке размазал!
Кричал Николя, махнув рукой в сторону Сони, которая, забившись в углу, мерно покачивалась, что-то бормоча себе под нос.
Но словно очнувшись от их взгляда, Сони провела рукой по волосам и тихо прошептала, медленно отпуская шоковое состояние:
— Прекратите оба! Я вам не трофей! Вы, как два самца, что борются за победный приз, — Сони всё еще не могла до конца осознать слова Николя, но понимала, что нужно остановить это безумие и рукоприкладство друзей.
Мужчины в недоумении смотрели на неё. А Сони уже оправившись от шока, вытерла остатки слёз и встала.
— Я подпишу все необходимые бумаги, Камал, но при одном условии. Ты решил уехать в Лондон! Отлично! — Сони развела руками от безысходности. — Тогда вам стоит помириться! Я согласна, если только Джимми будет под присмотром Николя и Джека.
Камал схватился за голову, не понимая радоваться этому или нет. А Николай вскочил от неожиданности и вплотную подошел к Сони.
— Нет, Сони. Ты не должна сдаваться! — отчаянно пытался её переубедить Николай, — я не оставлю тебя на растерзание этим шакалам.
— Прекрати, Николя!!! — выпалила Сони, отстраняясь от него, — Джимми не игрушка. Адвокат настаивает, что необходимо его привести в суд. А я не хочу травмировать сына. И так видно, что моё дело проигрышное. Я не могу тягаться с его юристами… но мне будет спокойнее, если ты будешь рядом с ними… прошу тебя…
Её умоляющий взгляд не оставил ему выбора. Он злобно обернулся на Камала, который молча продолжал сидеть, опустив голову. И Сони вышла из кабинета.
— Ты поступаешь бесчеловечно по отношению к ней, — наконец подал голос доселе молчавший Джек.
А Николай словно выплюнул:
— Ты добился того, чего хотел?!
— Она никогда меня не простит… — тяжело вздохнул Камал, — я должен её отпустить! Но сына я ей не отдам!
— Как же это благородно с твоей стороны?! — всё еще пыхтел от ярости Николай.
— Ты не понимаешь! Сейчас ей нужно пройти лечение, а она наотрез отказалась ложится в клинику… — пытался объяснить Камал, но Николя прервал его:
— Конечно, что может быть легче, чем упечь её в психушку!
— Да пойми ты, наконец, ей будет сложно справиться одной с Джимми в её нынешнем неуравновешенном психологическом состоянии.
— А кто в этом виноват?! — не унимался Николай.
Взяв себя в руки, Камал аккуратно встал. Вытер лицо носовым платком и подойдя к окну закурил.
— Так будет лучше для всех! Когда-нибудь ты это поймешь, — Николя попытался что-то сказать, но Камал перебил его, взглянув на него жестким взглядом. — А сейчас тебе необходимо найти человека, который будет приглядывать за ней со стороны. Не навязчиво. Без лишних подозрений. Для её же безопасности.
Неумолимый и властный голос Камала, как всегда способствовал беспрекословному подчинению приказу. И Николя по привычке не стал перечить своему боссу и другу в одном лице. Хотя… назвать его другом сейчас… язык не поворачивался… слишком уж глубоко был ранен Николя всем этим происшествием.
— Я наворотил дел друг, что век не отмоешься, — тяжело вздохнул Камал и сжал кулаки, — у меня нет другого выхода, кроме, как отпустить её…
— И поэтому из благородства ты велел своим юристам вывалять в грязи Сони на суде, — не сдержался Николай от колкого замечания. — Хотя, откуда тебе это знать, ты ж там не появляешься?!