После ухода Камала, они с Еленой еще некоторое время провели, беседуя о случайностях судьбы. После того, как ушла и подруга, Сони с огромным удовольствием приняла ванну, словно старалась смыть всю грязь этого ужасного инцидента под конец дня. Проделав обычную процедуру после принятия душа, Сони заварила крепкий кофе и вышла на балкон. Прислонившись к перилам, она устремила свой взор в далекое пространство ночи, с блаженством поглощая свой любимый, горячий напиток. Теплый ветерок ласкал ее, играя слегка влажными локонами, рассыпавшимися по плечам.
Сони никак не могла понять, что с ней происходит. Какое-то странное чувство, волнение охватывало ее всю, заковав своими тревожными цепями. Что-то ей не давало покоя. А что — не понятно?! Это что-то подсказывало ей, что не к добру все это, что не напрасны все эти случайности. Ее пугала неизвестность, но предостережения пугали еще больше.
=*****=
… Раздался резкий, разрезающий воздух, свист плети и со звуком ударился об пол. Сони стояла, закованная в цепи, в полуобнаженном виде, полуободранном одеянии и смотрела в пустоту, в сторону, где раздался звук ударяемой плети. Мрак охватил всю видимость горизонта. Из кромешной тьмы раздались тяжелые шаги, медленно переступающих ног. Сочетание тишины с медленными шагами в хаосе мрака возрождали жуткий страх в душе Сони. Она глядела в темноту с расширенными от испуга глазами, пытаясь уловить хоть какое-нибудь малейшее движение. Внезапно шаги прекратились, и все поглотила безграничная тишина. С ужасом в глазах Сони ожидала, не понимая, чего именно, но все же, предчувствуя опасность. И снова раздался свист плети, но за ним не последовало естественного звука удара о землю. Словно кто-то остановил плеть на взлете. И вновь раздались эти тяжелые шаги.
Замерев от страха, Сони глядела во все глаза, страшась совершить глубокий вдох и нарушить монотонность шагов, ступающих в тишине мрака. Ее сердце бешено заколотилось, раздаваясь эхом в ушах, словно оно желало слиться в одно созвучие с шагами.
Медленные шаги приближались к Сони. Адреналин в крови зашкаливал и, казалось, забегал по жилам, от чего Сони стала отрывисто дышать и задыхаться. Она готова была забиться в истерике и звать на помощь, но какой-то ком подкатил к горлу и начал душить ее, не позволяя вымолвить даже слово. Напряжение сжало мозг, все ее мысли запутались, и она старалась сосредоточиться на звуке этих странных шагов. Медленный звук становился все ближе и ближе. Сони напрягала свой взгляд, чтобы разглядеть какие-либо очертания, но все было напрасно. И это было ужасней всего, это сводило ее с ума.
И вдруг, на расстоянии метра от себя Сони услыхала, как шаги прекратились, и возникло, словно из ниоткуда, грубое и тяжелое дыхание. Сони замерла в ожидании, постепенно она различила очертания какой-то расплывчатой тени. Внезапно ей показалось, что слегка посветлело, словно лунный свет позаимствовал свой мизерный луч. Тень медленно двинулась в ее сторону, отчетливее вырисовываясь при лунном свете. Сони увидала контур высокого, мускулистого мужчины, лица, которого все же не могла разглядеть. И она застонала от безнадежности.
Хаос мрака медленно рассеивался, и лицо мужчины стало проясняться. Расширенные зрачки Сони от волнения готовы были выйти из орбит от удивления и больше всего от страха, при виде мерзко улыбающегося лица.
— Не-е-е-е-т… Боже мой… не-е-е-е-т, — застонала Сони и затряслась от мороза, пробежавшего по коже.
— Да-а-а-а, — прошипел Гарик и, щелкнув хлыстом об пол, грубо засмеялся.
Сони забилась в истерике, дергая руками в попытке освободиться от оков, удерживающих ее в висячем положении.
— Нет, не надо… Господи, не надо… Гарик, умоляю… — взмолилась Сони, тихо рыдая и обливаясь слезами. — Я прошу… прошу у тебя пощады…
— Ты должна заплатить за измену, — возник из темноты голос Камала и раздался эхом, — должна… должна… должна…
Гарик взмахнул плетью, чтобы безжалостно исполосовать шелковистое тело Сони и она в ужасе дико закричала:
— Не-е-е-е-т!!!
Громко выкрикнув, Сони резко очнулась и, вскочив, села на кровати. Ее била дрожь, она вся тряслась, и тихо стучали зубы. Лицо было залито слезами. Она подобрала под себя ноги, и схватилась за голову, шепча, словно молитву:
— Боже… это был сон. Всего лишь сон. Сон… Господи… Господи… опять эти кошмары…
Обняв колени, она медленно раскачивалась взад и вперед, стараясь успокоить себя. Но вместо успокоения горькие слезы катились по щекам и капали ей на колени.
Ужас, перенесенный во сне, отчеканивал каждую деталь кошмара в мозгу, и не давал покоя, тем самым вновь и вновь возрождая в памяти ночь пятилетней давности. Ту ночь кошмара и ужаса, которую Сони тщательно запрятала глубоко в подсознании, пытаясь все забыть, чтобы начать новую жизнь.