У меня больше нет членской карты клуба «Ice», но даже это меня не остановит. Ничто не остановит. Простояв небольшую очередь, я оказываюсь перед охранником, который, устало вздохнув, без каких-либо слов пропускает меня внутрь. Прохожу мимо него и направляюсь прямиком к одному из баров, вливаясь в окружение, музыку и атмосферу веселья. Музыка сегодня кажется более тяжелой, и прямо сейчас играет «Insomnia» группы «Faithless». Намеренно. Как раз в тему.
— Шампанское, — делая заказ, я поясницей прижимаюсь к барной стойке и вглядываюсь в синий мерцающий свет, заливающий клуб Миллера. Он до отказа забит лондонской элитой, группки роскошно одетых кутил заполняют все свободное пространство, но несмотря на количество людей, окружающих меня, я понимаю, что все камеры слежения будут сосредоточены на мне и только на мне. Миллер наверняка даст Тони распоряжение быть начеку, и я ни капли не сомневаюсь в том, что охранник уже доложил о моем приходе.
— Мисс?
Я оборачиваюсь, принимаю бокал шампанского и, напрочь игнорируя клубнику, залпом его осушаю. И тут же заказываю еще один. Мне протягивают новый наполненный бокал, и, как только я оборачиваюсь, замечаю Тони, который пробивает себе путь по танцполу прямиком в мою сторону. Он кажется взбешенным, и, понимая, что меня вот-вот обнаружат, я исчезаю в толпе людей, направляясь к выходу на террасу, расположенную на крыше.
Поднимаясь по холодным стеклянным ступенькам, я оборачиваюсь и улыбаюсь, когда вижу Тони, стоящим как раз в том месте, где только что была я, он оглядывается в недоумении. Он перегибается через барную стойку и разговаривает с барменом, который поспешно пожимает плечами, после чего отворачивается к ожидающему его клиенту. Вижу, как Тони кулаком бьет по стеклянной стойке бара и разворачивается, осматривая клуб. Самодовольная, я продолжаю идти, пока, повернув за угол, не переступаю порог гигантской стеклянной двери и не останавливаюсь в море смеющихся, выпивающих и болтающих людей. Никто совсем не замечает потрясающий вид снаружи.
Делаю глоток шампанского и жду, долго стоять не приходится. Ловлю на себе взгляд парня в противоположной стороне террасы и, кокетливо улыбнувшись, поворачиваюсь к нему спиной, чтобы наслаждаться видом.
— Одна?
Вальяжно развернувшись на каблуках, встречаюсь с ним лицом к лицу. На нем темные джинсы и белая рубашка. Взглядом скольжу по всей длине его тела, пока не останавливаюсь на его лице. Симпатичном лице, чисто выбритом и свежем, короткие каштановые волосы мужчины длиннее на макушке и зачесаны на одну сторону.
— Ты? — спрашиваю, приняв расслабленную позу, и подношу бокал к губам.
Он слегка улыбается и ведет меня к краю террасы, его рука ложится мне на поясницу. От его прикосновения внутри нет фейерверка, бьющего по всему телу, но он мужчина, а это все, что мне нужно.
— Дэнни, — он наклоняется и целует меня в щеки. — Ты?
— Ливи, — перевожу взгляд на камеру и улыбаюсь, пока он заканчивает с ритуалом знакомства.
— Приятно с тобой познакомиться, Ливи, — говорит он, отстраняясь. — В восторге от твоего платья.
Даже не сомневаюсь в этом. Оно обтягивающее и короткое.
— Благодарю.
— Пожалуйста. — Его глаза искрятся.
Мы недолгое время болтаем, и я с легкостью отвечаю на его улыбки и смех, но не потому, что он мне нравится. А потому, что камеры со всех ракурсов смотрят на меня, записывая и сохраняя происходящее для глаз Миллера, пока он не вернется из Парижа.
— Есть протокол, которому ты предпочитаешь следовать?
Мне с трудом удается сдержать сбитый с толку, хмурый взгляд:
— Ты имеешь в виду, хотела бы я, чтобы ты сводил меня поужинать или чтобы сразу отвел в постель?
Он усмехается:
— Меня устраивают оба варианта.
Моя уверенность моментально дает сбой, но я быстро собираюсь с духом.
— Мы закажем клубничный ужин, — отпиваю из своего бокала и губами ловлю ягодку, намеренно медленно ее жую и еще медленнее глотаю.
Он следует моему примеру и с понимающей улыбкой зеркально отражает мои действия.
— Выглядит потрясающе, — взмахом пустого бокала он указывает на открывающийся вид, и я следую глазами.
— Согласна, — говорю негромко. — Но я подумываю о куда более приятных способах провести остаток вечера. — Моя наглость должна меня шокировать, но нет. Я на задании — опасном задании. Не только у Миллера есть маска. Это слишком просто.