— Я ее продал, — сокрушенно ответил фотограф. — Каюсь…
— Проклятье! — Босс полез в стол за трубкой и кисетом. — Чем вы думали, спрашивается? Не могли другую продать?
— В тот момент я вообще ничем не думал, — честно признался Шура. — Хотелось только поскорее напиться и забыться.
— Кому вы ее продали?
— Издеваетесь? На Горбушке столько народу толчется, со всей России приезжают. Парень какой-то, лет двадцати, голубоглазый, моего роста, короткая стрижка…
— Он не перекупщик?
— Послушайте, Родион, — начал злиться Шура, — вы слишком много от меня требуете. Откуда я могу знать, кто он такой. Мне тогда главное побыстрее сбыть ее было, а все остальное до фени. Отдал первому попавшемуся покупателю за полцены почти новый «Kodak», и все дела.
— Значит, скорее всего перекупщик. Завтра же отправляйтесь на Горбушку и попытайтесь его найти…
— Завтра Горбушка не работает — она только по выходным.
Босс с шумом втянул в себя воздух, задержал немного и тихонько выдохнул, уже успокоившись.
— Ладно, отпадает. Пойдем по другому пути…
— Босс, а почему бы нам не снять отпечатки пальцев со штативов, которые нес один из бандитов? — предложила я скромно. — Вы ведь не продали штативы, Шура?
— Нет пока! — обрадовался тот. — Они все дома лежат. Я хоть сейчас могу за ними съездить — я на машине.
— Отправляйтесь, — буркнул босс, недовольный тем, что не ему пришла в голову эта гениальная мысль. — И заодно прихватите с собой все необходимое для съемок, аналогичных тем, которые вы делали в той квартире.
— Это еще зачем?
— Потом объясню. Оставьте свой точный адрес и телефон и поезжайте. И постарайтесь не задерживаться.
Глава 2
Примерно через полчаса, когда мы с боссом уже обсудили все детали предстоящей операции по захвату преступной шайки, у него на столе зазвонил телефон. Взяв трубку, босс послушал немного, а потом переключился на спикерфон, чтобы и я могла слышать разговор. Это был Шура. Голос у него был очень испуганный.
— Меня обокрали, представляете?! — кричал он в трубку. — Приезжаю домой, открываю дверь, а в квартире пусто!
— Совсем пусто? — скривился босс.
— Ну как, — замялся тот, — у меня и раньше-то было не густо, но теперь вообще полный голяк. Был телевизор, видик, магнитола, радиотелефон, тахта, стол и кресло. Тахту, стол и кресло они оставили. И еще всю аппаратуру прихватили вместе со штативами, сволочи!
— Это они, — пробормотал Родион. — Оперативно работают.
— Что?
— Ничего. Вы ничего не заметили, когда подъезжали к дому?
— А что я должен был заметить?
— Ну, например, темно-синий «Ауди».
— Так вы думаете, это они?! — В задрожавшем голосе фотографа послышался искренний ужас.
— Я пока ничего не думаю. Замок не взломан?
— Нет, нормальный замок.
— Значит, работали профессионалы. Даже дверь, говорите, за собой заперли?
— Ну да, она была закрыта.
— Вот что, любезный, сделаем так. У вас балкон есть?
— Есть.
— Вы на каком этаже?
— На десятом.
— Осторожно выгляните с балкона, осмотрите весь двор и, если ничего подозрительного не заметите, бегом спускайтесь, садитесь в машину и дуйте сюда. Поплутайте по городу, посмотрите, чтобы за вами никто не ехал. Они не должны знать, что мы в этом замешаны.
— Черт, прямо как в настоящем детективе, — нервно рассмеялся Шура.
— Это и есть настоящий детектив. И прошу вас, будьте крайне осторожны. Если обнаружите «хвост», езжайте к своим друзьям, у которых сможете остаться подольше. Оттуда перезвоните. Если вас не будет в течение часа, значит, я буду считать вас мертвым. Будьте здоровы.
Босс положил трубку и хитро посмотрел на меня.
— Ну, как я его, а?
— Ему и так досталось, бедному, — пристыдила я начальника, — а вы еще масла в огонь подливаете.
— Ничего, зато поймет, насколько все серьезно. Нам сейчас нельзя допускать ошибок, иначе проиграем. Сама видишь, какие это осторожные преступники. Вспомнили, мерзавцы, об отпечатках, не поленились приехать и сфальсифицировать тривиальное ограбление.
— Видимо, им есть что скрывать.
— Да уж, со скелетами в шкафу у них, судя по всему, все в порядке. Ну, иди звони в газету и давай срочное объявление. А у меня тут еще полно дел…
…Пока я давала в «Из рук в руки» на свой домашний телефон объявление о том, что девушка-фотограф, профессионал со стажем, за умеренную плату снимет семейные торжества, похороны или интимные сцены, приехал Шура. Взмыленный, потный, со взлохмаченными усами и очень усталый. Ничего не говоря, он прямиком направился к холодильнику, по-хозяйски вытащил банку холодного пива, вылакал, не отходя от кассы, швырнул в уже знакомую ему урну, упал на диван и простонал: