— Все, я больше так не могу. Мне страшно.
— В чем дело? — В дверях кабинета высветилась фигура босса.
— Ни в чем. Все нормально. Эти подонки прокололи мне все четыре шины, а у меня даже запаски нет.
— Как же вы добрались?
— Как-как, пешком! — Он со злостью ударил кулаком по дивану. — Мне, идиоту, почему-то втемяшилось в голову, что так будет легче заметить «хвост»! Чуть Богу душу не отдал от страха, пока добрался. Я пятился задом от самого Белорусского вокзала, чтобы постоянно не оглядываться!
— Никого не заметили?
— Нет. Наверное. Я думал, меня убьют. Вы не представляете, что я пережил за этот час.
— Ну ничего, теперь уже все позади, — успокоила я. — Здесь вы будете в полной безопасности. Это не офис, а настоящая крепость. Нашу дверь даже танком не прошибешь.
При этих словах босс стыдливо опустил глаза. Так ему и надо, самоуверенному хвастуну! Через секунду он взял себя в руки, сел рядом с Шурой на диван и деловито заговорил:
— Вы должны надиктовать Марии полный список того, что требуется для профессиональных фотосъемок. Нам не нужно навороченной аппаратуры, посоветуйте что-нибудь поскромнее и такое, что можно купить в любом фотомагазине и что может перенести одна девушка.
Шура перевел взгляд на меня, потом обратно на Родиона и с усмешкой спросил:
— А она когда-нибудь видела фотоаппарат вблизи?
— Видела, — обиженно проговорила я. — И даже трогала, не переживайте.
— Ваша задача, Шура, — наставительно произнес босс, — обучить ее всем тонкостям своего ремесла за сегодняшний вечер…
— Ну вот что, дорогие граждане, — Шура посерьезнел, лицо его потемнело, а кончики усов начали грозно приподниматься, — во-первых, это не ремесло, а искусство, да будет вам известно, а во-вторых, за один вечер она не сможет научиться даже пленку перезаряжать…
— Она у нас понятливая, не беспокойтесь. Дайте ей краткий курс высокого искусства фотографии, и она все поймет. Мария, ты знаешь разницу между выдержкой и диафрагмой?
— Смеетесь? У меня дома есть японская «мыльница», там все автоматом делается. Зачем мне эти тонкости.
— «Мыльница», дорогуша, — процедил сквозь усы Шура, — это для дураков. А мы говорим о профессиональной фотосъемке! — Он поднял вверх указательный палец. — Профессиональной, понимаешь? Это совсем иной уровень и другое качество снимков. И потом, любой идиот, взглянув на то, как ты держишь камеру, разоблачит тебя в два счета. Нет, Родион, это даже не смешно. Это издевательство над профессией.
— Надо, Шура, надо, — улыбнулся босс. — В противном случае у нас ничего не выйдет. Мария должна их зацепить.
— Вы что, собираетесь ловить бандитов на живца?! — дошло наконец до Шуры. — Закоренелых головорезов напустите на эту хрупкую маменькину дочку?! Вы в своем уме, Родион? Вы когда-нибудь вообще видели живых преступников?
Мыс боссом скромно потупились и промолчали, а Шура, вскочив с дивана, возмущенно продолжал:
— Да она умрет от страха, как только увидит их жуткие физиономии! Она начнет там трястись и плакать и все испортит! Они ее сразу раскусят и прикончат прямо там, в своем притоне! Вы взгляните на нее, Родион, ей нужно фотомоделью работать, в кино сниматься, но никак не играть в смертельно опасные игры с беспредельщиками! Нет, я на это не согласен, — он решительно рубанул воздух рукой. — Вы как хотите, а я этого ангела губить не собираюсь.
И пошел к холодильнику. Родион посуровел, сложил на груди руки и жестко спросил:
— Это ваше последнее слово?
— Да, — Шура выудил очередную банку и принялся ее открывать. — И вам меня не переубедить.
— Что ж, тогда мы найдем другого учителя, пусть не такого известного, как ваша многоуважаемая персона, но зато он не будет задавать лишних вопросов. А вы можете быть свободны.
Фотограф замер с поднесенной ко рту банкой, затем медленно повернулся к нам и недоуменно спросил:
— То есть как это свободен?
— Обыкновенно, — Родион был невозмутим. — Помогать вы нам не хотите, а бесплатно поить вас пивом никто не собирается — у нас и так бюджет дырявый. К тому же у нас нет времени: завтра выйдет объявление, а к этому времени Мария должна уже быть профессионалом хотя бы с маленькой буквы. Все. Поставьте пиво обратно в холодильник, Шура, и убирайтесь.