В их глазах появился испуг. Самой трусливой оказалась Юля, она изменилась в лице и прошептала:
— Ты что, дура?! Ты же нас всех подставишь! Не дай Бог они что-то узнают, и нам конец, разве не понятно?
— Заткнись! — оборвала ее Ирина, оглядываясь по сторонам. — Ты не шутишь, Машуля?
— Нет, я говорю совершенно серьезно.
— А почему спецслужбы не берут Лысуна?
— У нас пока нет доказательств. За ними я сюда и приехала.
— Как же он тебя подцепил? — ошеломленно спросила Вика.
— Это не он меня, а я его подцепила. Ладно, девочки, если вы мне поможете, то все будет нормально. Прежде всего, у меня дела…
— Заходите! — В дверях показался наш провожатый.
Гуськом просочившись в дверь, мы прошли за ним по коридору и оказались в небольшой, уютно обставленной комнатке с диванчиками, шкафом и журнальным столиком.
— Сидите здесь, пока не позовут, — приказал охранник. — Примерно через полчаса пойдете в сауну, это в подвале, вам покажут. И смотрите, чтобы все было тип-топ, как всегда. Особенно ты, новенькая, — он вперил в меня грозный взгляд. — Не дай Бог что-нибудь выкинешь — мы вас всех в этом лесу похороним — дерьма не жалко. Чтобы ни одной жалобы от клиентов не было, ясно?
Мы все синхронно кивнули. Бросив напоследок устрашающий взгляд, дуболом удалился. Мы все вытащили сигареты и закурили.
— Ну вот, я же говорила, — плаксиво заныла Юля. — Теперь нам точно конец. Выбрось эту чертову камеру…
— А я говорю, заткнись! — жестко проговорила Ирина. — Это, может, наш единственный шанс, и я хочу его использовать. Ты что, до могилы собираешься на него ишачить? Мне, например, это на хрен не нужно.
— А фотографии? — не унималась Юля. — Лысуна возьмут, а снимки все равно ко мне на работу и домой придут. Меня мать убьет…
— Маш, а вы уже знаете, где его архив? — тихо спросила Вика.
— Какой архив?
— Что значит какой? — удивилась она. — Архив с фотографиями всех девчонок, которые на него работают. Там списки, негативы, адреса и так далее. Пока все это не будет уничтожено, мы не сможем считать себя свободными.
— Нет, архив мы пока еще не нашли, — призналась я. — А вы не знаете, где он может быть?
— Скорее всего на той квартире, где нас снимали, — неуверенно предположила Ирина. — Надеюсь, хоть адрес-то ее вам известен?
— Увы, — вздохнула я, опуская глаза, — мы только начали работать над этим делом. Честно говоря, я думала, что вы знаете.
— Ну вот, я же говорила! — заныла Юля. — Она нас всех погубит! Девочки, давайте лучше жить, как жили. В конце концов, это ведь не смертельно. Зачем что-то менять, рисковать своей задницей непонятно ради чего? Пока эти менты будут ловить Лысуна, он десять раз успеет выполнить свои угрозы, и тогда всей моей жизни конец.
— Это, по-твоему, жизнь? — усмехнулась Вика. — Нет уж, милая, не знаю, как ты, а мне уже все осточертело. Ты забыла про Светку? Думаешь, она просто так себе вены перерезала? Я уже сама много раз думала об этом, но все никак не решусь. Так что мне терять нечего. Действуй, Мария, и ни о чем не думай. Если что — мы тебя прикроем.
— Девочки, я еще хотела сказать, что мне трахаться нельзя, — опять вздохнула я.
— Ах, вот так, значит? — вскипела Юля. — Мы еще за тебя и отдуваться должны? Совсем обнаглела! Нет, вы как хотите, а я так не согласна.
— Да уймешься ты или нет? — удивленно проговорила Вика. — Что это с тобой сегодня? Если тебе нравится этим заниматься, то потом отправишься на панель, там хоть деньги платить будут. А нам не мешай, — она посмотрела на меня. — А почему тебе нельзя?
— У меня на трусиках еще одна пуговица, — тоскливо выдала я.
— Что, такая же?! — чуть не рухнула с дивана Ирина.
— Ну да, других не было…
— О Господи, она же там, наверное, как бельмо на глазу. Эти хитрые жуки сразу что-то заподозрят.
— Но я должна снять их в сауне в самых недвусмысленных позах, понимаете? Нам нужен компромат. Я скажу, что у меня дела, и останусь в трусиках от купальника. Вы уж как-нибудь отвлеките их внимание, а? А то меня босс убьет…
Девчонки переглянулись, что-то сказали друг другу глазами, и Ирина ответила за всех:
— Ну ты и влипла, подружка. Куда ни плюнь — везде облом: или босс убьет, или эти придурки. Ладно, отвлечем. Только уж ты постарайся все сделать как надо. Другого раза может и не представиться. Запиши на всякий случай мой домашний телефон, звякнешь потом, если что.