Тот сидел и набивал трубку.
— Ну что, Мария, — весело проговорил он, — похоже, мы опять вляпались в какую-то переделку?
— И не говорите, босс, — я села в кресло и вытащила из пачки сигарету, — везет нам на неприятности.
— Боюсь, что главные неприятности еще впереди, — хмыкнул он, раскуривая. — Не знаю, для чего им понадобился этот человек, но теперь я им его не отдам ни за какие коврижки. Суда по всему, он пришел к нам за помощью, и он ее получит, пусть даже мертвый. Знать бы только, чего он хотел…
— Может, для начала попытаться узнать, что это за племянники? — предложила я. — Мне удалось подсмотреть номер их машины.
— Брось, пустое, — махнул он рукой, с наслаждением затягиваясь. — Номера наверняка фальшивые. Как думаешь, они догадались, что их дядя здесь?
— Наверняка, — убежденно кивнула я, но потом меня взяли сомнения. — А может, и нет…
— Вот-вот, и я о том же. Они не уверены на сто процентов. С какой стати, сама посуди, мы бы стали укрывать у себя человека, который не в состоянии сказать ни слова? Или, тем более, мертвого? У нас ведь не анатомический музей. Это только такие авантюристы, как мы с тобой, способны на подобное безрассудство, но они об этом не знают, а потому сомневаются. А чтобы поддержать их в этих сомнениях, мы сейчас приступим к поискам.
— О чем это вы, босс?
— О том самом. Если мы не станем искать, то они сразу поймут, что дядя у нас. А, судя по размаху, организация у них серьезная, опять начнутся штурмы, взрывание дверей, битье окон и прочая чепуха, которая мне уже порядком надоела. Ясно, что они от нас не отстанут. Поэтому мы и начнем искать этого человека. — Он кивнул на лежащую на столе фотографию.
— И как же вы себе это представляете? — поинтересовалась я с сарказмом.
— Обыкновенно. Сейчас ты выйдешь с фотографией во двор и начнешь расспрашивать всех окрестных бабулек. Можешь даже по квартирам походить для вида или по подвалам с фонариком полазить — без разницы. Главное, чтобы они видели: мы начали работать.
— А к чему это? Все равно ведь я его не найду…
— Видишь ли, Мария, — глубокомысленно изрек Родион, — я ведь хочу не только тайну покойника раскрыть, но еще и денег заработать. Понимаешь глубинную суть сей проблемы?
— Ну вы даете, босс! — прошептала я восхищенно. — Когда-нибудь страсть к деньгам вас погубит.
— Да, но это страсть к честно заработанным деньгам. — Он с лукавой улыбкой поднял вверх указательный палец. — И это лучше, чем страсть к воровству, выпивке, наркотикам или коварным женщинам. — Тут он посерьезнел. — Ладно, отправляйся создавать видимость, а я пока займусь покойником.
— Как это вы им займетесь? — опешила я.
— Пока еще сам не знаю, — нахмурился он и проворчал: — Что-то ведь должно быть в этом человеке ценного, если даже за него за мертвого готовы отвалить двадцать тысяч долларов. И я уверен, что он принес нам какое-то сообщение. Осталось лишь его найти…
В дверь опять позвонили.
— Кого еще черти принесли? — недовольно проговорил босс. — Иди глянь, только никому без меня не открывай.
Я пошла в приемную. Включив видеофон, я увидела на пороге девушку, совсем юную, лет шестнадцати, русоволосую, с очень короткой прической и с огромными голубыми глазами. Она была довольно миловидной, если не сказать красивой, но красота ее была какой-то неживой, искусственной, как у куклы. На ней был светло-красный сарафан, обнажавший хрупкие загорелые плечи. Девушка явно была чем-то напугана, она то и дело озиралась по сторонам и нетерпеливо нажимала на кнопку звонка, от чего у меня в голове стоял непрерывный звон. Я прошла к боссу.
— Ну и кого? — спросил он.
— На этот раз совсем юную девицу. Не думаю, чтобы она умерла через пять минут после того, как войдет к нам. Но она чем-то очень напугана. Слышите, как звонит?
— Слышу, — он поморщился. — Час от часу не легче. И сильно напугана?
— Если мы тут еще пару минут порассуждаем, она может умереть от страха.
— Тогда впускай.
Только когда я открыла дверь, она наконец отпустила кнопку звонка и, оттолкнув меня в сторону, с расширенными от ужаса глазами пулей влетела внутрь, словно за ней гналась стая голодных питекантропов. Ее страх невольно передался мне, и я поспешила захлопнуть дверь, почувствовав, как учащенно забилось мое сердце. Господи, да что ж это творится сегодня?
— Помогите, они убьют меня! — задыхаясь, прокричала она, оказавшись в приемной. — Они звери, звери, они убьют меня…