Кортеж Стекольщика всегда состоял из трех черных бронированных «БМВ» с тонированными стеклами, совершенно одинаковых, только с разными номерами. Для пущей безопасности сам босс постоянно садился в разные машины, поэтому никто не мог предугадать, в которой из них он будет находиться в следующий раз. Исходя из этого, мне предстояло врезаться в самую первую, чтобы остановить остальных.
Лежащая на правом сиденье трубка сотового телефона тихонько запищала, я взяла ее и послушала. Это был Николенко.
— Они едут, Мария. Осталось пятьдесят метров. Ты готова?
— Да, хозяин, я готова.
Затем, зашвырнув трубку за спину, подальше от машины, я завела мотор и отъехала назад, чтобы было где разогнаться. В принципе, быстроходной спортивной «Тойоте» набрать приличную скорость — раз плюнуть, особо много места и не нужно, но мне хотелось действовать наверняка. Как только на дороге показался сверкающий лаком черный капот массивного «БМВ», моя нога вдавила акселератор до упора, и машина с бешеным визгом рванулась вперед. Взревел мотор, заскрежетали об асфальт шины, «Тойота», на полном ходу выскочив из переулка, с жутким грохотом врезалась в правую заднюю дверцу проезжающего по Петровке черного автомобиля. От страшного удара бронированная дверь прогнулась, сам «БМВ» отбросило вбок, а меня выбросило из машины. Пробив головой переднее стекло своей «Тойоты», изрезавшись осколками, я перелетела через «БМВ», перекувыркнулась в воздухе и шмякнулась спиной на широкую крышу проезжавшей по следующей полосе серой «Волги». Та резко затормозила, меня швырнуло вперед, и я, вся окровавленная, оказалась лежащей на спине с открытыми глазами, на асфальте перед колесами застывшей «Волги», в которую сзади въехала еще одна машина. Все движение на дороге тут же застопорилось. Водители с криками начали выскакивать на дорогу, кто-то подбежал к моему израненному телу, начал щупать пульс…
— Ну-ка, разойдитесь! — послышался грубый властный голос, и я увидела двух здоровенных мужиков в черных костюмах. Бесцеремонно растолкав окружавших меня ошеломленных водителей и прохожих, они подобрались ко мне, склонились, внимательно разглядывая, и один злобно процедил:
— Вот шалава! Чуть дверцу не сломала…
— Да ты что, какая дверца, командир?! — возмутился бледный, как полотно, водитель «Волги». — Ты на нее посмотри — живого места нет. Эй, вызовите кто-нибудь «Скорую»!
— Закрой пасть, придурок! — проревел один из охранников, бросив на него убийственный взгляд. — Сами разберемся!
— Нужно милицию вызывать, — проговорил еще кто-то. — Может, она пьяная…
— Да какая она пьяная, — возразил водитель. — Просто дура еще! Ездить ни черта не умеют, а туда же, за руль. Глянь, от ее тачки почти ничего не осталось. И крышу мне всю помяла. Да, надо ментов вызывать, пусть протокол составляют…
Двое амбалов переглянулись, и один быстро ушел в направлении третьего «БМВ», застрявшего в пробке вместе с остальными машинами. А другой примирительным голосом проговорил:
— Ладно, мужик, ты не кипятись понапрасну. Сейчас разберемся. И с тобой разберемся, и с ментами…
— Да чего тут разбираться? — Тот повернулся к толпе. — Эй, вызвал кто-нибудь «Скорую» или нет? Помрет ведь девка!
Подошел второй, что-то шепнул на ухо товарищу и, обращаясь к остальным, громко сказал:
— Короче, мы ее сами в больницу отвезем, а то и вправду окочурится. — Он залез в карман пиджака вытащил пачку долларов и сунул ее водителю «Волги». — А это тебе на ремонт. Хватит?
У того глаза вылезли из орбит, и он, схватив деньги, пробормотал:
— Хватит, командир, конечно, хватит. Я тоже думаю, что без ментов оно лучше будет. А то такая катавасия начнется — ввек не отмажешься, — и посмотрел на мое тело. — Только вы уж ее побыстрее…
— Не волнуйся, мужик, все будет в ажуре. Бери ее, Васек. Надо дорогу быстрее освобождать.
Сзади уже раздавались возмущенные автомобильные сирены. Подхватив за руки, за ноги, они, как сломанную куклу, быстро потащили меня ко второму «БМВ». Еще трое таких же здоровенных парней оттаскивали в переулок выковырянные из чуть прогнувшейся дверцы первой машины жалкие остатки красавицы «Тойоты». Через минуту я уже была в машине, лежала на заднем сиденье, ехала в неизвестном мне пока еще направлении и прислушивалась к разговору телохранителей Стекольщика.