Из подслушанного разговора я узнал, что она занимается музыкой и поет. Мне безумно хотелось это услышать. Я был уверен, что это безумно красиво.
Но так же я понял, что никто и никогда не видел её родителей. Это заставило меня заволноваться.
Без названия 5
Время шло. Все менялось. Мы росли, влюблялись, ходили на занятия, ссорились с родителями, с друзьями. Это нормально для подростков. Ничего удивительного в этом нет.
Я тоже вырос. Все меньше думал о ней, и сейчас моя детская любовь кажется мне такой глупой и наивной. Ради нее я ненавидел людей, а она даже не смотрела. Она даже не догадывалась, что за любые гадости о ней, я избрал тех ребят, что открыли рот в ее сторону. И мне было по барабану кто был передо мной: парень или девушка. Я мстил за нее всех. Девочек просто наказывал, а парней избивал. Мои родители замучились ходить из-за меня в школу, на очередной вызов к директору. А я просто делал это из любви к ней, хотя она меня не просила. Думаю, если она узнала, она бы еще и отчитала за это. Слишком добрая. Но эти люди не достойны ее доброты. И я не достоин.
Я сох по ней до десятого класса. Не переставал о ней думать. Отгонял от нее всех парней, грозя что-нибудь им сломать, если они вдруг захотят сходить с ней куда-нибудь или захотят с ней встречаться. Она нравилась парням, но они к ней не подходили. Общались, но не оказывали знаки внимания. Несколько человек пытались, а потом ходили с синяками и переломами. После этого перестали. Стали бояться меня. Но зато не катали к ней к ней больше.
А сам я довольно часто находил себе девушек, стараясь находить похожих на нее. Она видела моих пассий, но ей было безразлично. А меня это бесило больше всего. Что она не обращает внимания. Что она не ревнует, хотя я ревную ее к каждому парню, который подходил к ней.
Так было. Но прошло.
После девятого класса, после сдачи экзаменов, после перехода в десятый класс, я понял, что мне стало все равно. Все прошло. Вся моя любовь, которая длилась не один год.
Я просто пришел в школу, увидел ее с парнем из ее класса, и не почувствовал ничего к ней. Это как глоток свободы. Не нужно было ломать голову, что во мне не так, почему она не обращает на меня внимания, почему не общается со мной, как с остальными людьми.
К другим девушкам я тоже ничего не чувствовал, зато не было чувства вины, когда я обнимал какую-то девушку, а думал совсем о другой. Я не знаю, чувствовал ли что-то вообще, потому что десятый класс прошел для меня словно в тумане. Я просто закрыл глаза в сентябре, а открыл уже в конце мая.
Я помню отдельные фрагменты десятого класса, помню, что у нее наконец появился парень (ведь я больше никому не грозился сломать нос или поставить фингал), она была счастлива. А я просто жил своей жизнью, не думая больше о ней. Так было проще для меня. Намного проще.
И вот одиннадцатый класс...
Без названия 6
И вот одиннадцатый класс... Я выхожу со школы, оставляю прощальный поцелуй на губах Ани, своей нынешней девушки, засовываю руки в карманы толстовки и иду домой уже привычным маршрутом.
Моей целью было прийти домой, как всегда поздороваться с мамой и уйти к себе в комнату, где смогу завалиться на кровать и просто отдохнуть от этого дня.
Последний год в школе, учителя насилуют мозги учеников с сентября, говоря, что мы не сдадим, что нужно готовиться уже сейчас и бла-бла-бла. Мне важен аттестат, но вот это пиление только нервирует и отбивает желание заниматься.
Перехожу дорогу, несколько серых многоэтажек, несколько супер-маркетов, районная библиотека, и выхожу к мосту, который идет через реку, которая делит город на правую и левую сторону. Школа находится на правой стороне, а мой дом на левой. Каждый день прохожу через мост, чтобы попасть домой.
Музыка в наушниках резко перестала играть, и я посмотрел на экран телефона. Звонок. Аня. Опять эта кукла что-то хочет от меня, но совсем нет желания с ней разговаривать. Перезвоню, когда буду уже дома. Или вечером. А может и вообще не перезвоню. Как получится.
Убираю телефон обратно в карман и включаю музыку.
Подхожу к мосту и по привычке иду к правой его стороне. Снова звонок телефона остановил песню, и я тут же услышал какой-то вой. Нет, подвывание под мостом. Первая мысль, что пришла мне в голову, что это собака оступилась и теперь не может выбраться. Я никогда не испытывал какой-либо жалости к животным, но в этот день мне захотелось помочь.