Глава 37
Tentación
(исп.: искушение)
Утром следующего дня Барбара позвонила Лукасу и сообщила о том, что сделка с Марком прошла успешно.
-Сегодня в офисе дел нет, я с женой поеду к детям, - сказал он.
-Поезжай, а я сегодня побуду с мамой.
-Как она?
-Уже намного лучше.
-Я рад…
-Лукас, - девушка понизила голоса. – Я хочу тебе кое-что сказать…
***
Барбара открыла дверь. Темную комнату освещала лишь лампа в дальнем углу. В кресле она увидела Шарлотту, сидевшую в непривычной для нее позе: ноги, поднятые на кресло, обхвачены двумя руками, а голова опущена на грудь. Девушка подошла к матери, с опаской дотрагиваясь её плеча.
-Мама, что с тобой? - Барбара присела перед ней на корточки и коснулась её руки. Женщина подняла лицо. Барбара заметила темные круги, которые залегли под её красными от слёз глазами. Но она лишь молча смотрела на дочь, а её терзали сомнения. Стоит ли говорить дочери правду? Но поможет ли эта правда, думала Шарлотта. И она решилась сказать ей. Решилась сказать правду.
-Барбара... - женщина выпрямилась в кресле, смотря дочери прямо в глаза. Никогда прежде она не смотрела на неё так. В груди Барбары зародилась какая-то смутная тревога. - Дочка, я знаю, насколько тебе сейчас больно. Я понимаю, каково твоё горе. Но прошу, выслушай меня... - голос Шарлотты дрогнул. - Ты знаешь, что Леонардо убил твоего отца из-за огромных долгов.
Тут Барбаре стало не по себе. В голове сразу всплыла картина той ночи. Отчётливо увидела она, как отец стоит на коленях перед Леонардо и говорит последние слова. "Никогда ты не будешь счастлив с ней"... Эти слова эхом отдавались в ушах девушки.
Шарлотта продолжила:
-Однако, не только долги послужили причиной его смерти, - повисла напряжённая тишина.
-Что же...что же ещё? Какая ещё была причина? - Барбара растерянно моргнула.
-Люди... - женщина почувствовала ком в горле, который мешал ей сказать дочери правду. - Он продавал их...продавал людей.
Барбара не могла оторвать взгляд от Шарлотты. Весь мир внутри неё рухнул. Ноги подкосились, и она обессиленно упала на пол.
-Не может быть...ты же шутишь? - девушка разомкнула засохшие губы, и с трудом сказала эти слова. Но ответа не последовало. Шарлотта молча смотрела на дочь. Они с минуту молча смотрели друг на друга в клетке своего горя. По щеке Барбары потекли слезы, но ни всхлипов, ни слов с ними не последовало.
Барбара оторвалась от рук матери и побежала вниз по лестнице. Она заставит его рассказать всю правду до мельчайших подробностей. Она заставит его рассказать, чего бы ей это не стоило.
На улице ночной воздух был свежим и прохладным. Он прерывисто дышала, охваченная желанием узнать всё. Лёгкий ветер обдал свежестью её мокрые от слёз лицо и волосы.
Барбара мчалась, не замечая, как стрелка на спидометре опускается вниз. Все было как в тумане. Она даже не подумала, что его может не быть дома. Сейчас она желала узнать истинную историю. И она ее узнает.
-Барбара? – он открыл ей дверь, удивленный таким поздним визитом. Но она забежала в квартиру, не спрашивая разрешения.
-Ты один? – спросила она, стоя к мужчине спиной. Она оглядела квартиру. Ничего не изменилось.
Полупустой бокал с вином стоял на столе. Один.
-Что-то случилось? – только после этих слов она обернулась к нему. Из её глаз текли слёзы. И увидеть любимую в таком виде стало ещё одной причиной для очередной раны на его исстрадавшемся сердце.
-Случилось ещё тогда! Почему ты убил моего отца? Только из-за долгов? – она с половину минуты посмотрела на его лицо. – Это была не единственная причина, да? – голос девушки сорвался на крик.
-Барбара, ты… - он коснулся её плеча, но она отбросила его руку. – Твой отец был ужасным человеком, ты же знаешь это. Ты узнал обо всём, да? Я не сказал тебе… Я испугался за тебя. Черт… Кто бы мог подумать, что я скажу такое? Я испугался, что потеряю тебя.
-Он продавал людей, а ты не сказал мне об этом! Лео, мой отец торговал чужими жизнями, рушил чьи-то судьбы, а ты молчал! Твоё молчание – вот, что разрывает мне сердце. Твоё молчание!
-Я не знал, что все обернется таким образом. Никто не знал. С самого начала об этом знали только твой отец и его самый близкий человек из клана. Я узнал о его делах только за две недели до смерти Антонио.
Барбара подошла к нему и вцепившись пальцами в рубашку, всем телом прижалась к Леонардо. И вновь зарыдала.
Он поднял её на руки, отнес к дивану и лег рядом.
-Тише, тише… Все хорошо. Я рядом. – Он гладил её по волосам, шепча успокаивающие слова.
Прошло время. Девушка успокоилась и уснула на его груди.
Спустя несколько часов она проснулась и молча смотрела на спящего Леонардо. Он тоже открыл глаза, почувствовав её взгляд.
Леонардо долго смотрел на неё, ища в её лице изменения. Барбара тоже искала что-то, чего могла не увидеть раньше. Но так и не нашла. Он все так и оставался тем Лео, каким и был. Её Лео.
-Барбара… - он выдохнул ей в губы, а в следующую секунду накрыл своими. Она не убегала, не могла даже пошевелиться, застыв в его руках как статуя. Он стал огнём, в который девушка добровольно прошла. Его губы целовали Барбару нежно, боясь спугнуть и казалось, она чувствовала горечь их расставания. Но мужчина скоро прекратил поцелуй, отстраняясь от Барбары.
-Я не могу… - он покачал головой. – Не могу целовать тебя, зная, как ты меня ненавидишь.
Барбара придвинулась ближе и прикоснулась пальцами к его губами.
-Нет, Лео. Это неправда. Да, тот поступок был ужасен... Сначала заставил ненавидеть тебя, а потом осознать, что без тебя жизнь уже не будет прежней. Как же я могу ненавидеть тебя, если всё ещё люблю? Ещё сильнее, чем прежде.
И он обернулся к ней, изменившись в лице. Как же ему не хватало этих слов. Наконец, он прощен. И даже если это всего лишь очередной сон, он проконтролирует его. Пусть он станет самым лучшим и любимым.
О, как же ей не хватало его. От их воссоединения Барбару било мелкой дрожью. Но потом она расслабилась, и её руки были свободны, а на затылке девушка чувствовала длинные пальцы, держащие её. Барбара обвила руками его шею, прильнула к Лео всем телом, получая от него жар. Губы теперь раскрывались в страстных поцелуях, они иногда глотали воздух, отстраняясь. Но это была лишь секунда, в следующую они снова целовались. И казалось, что прошли часы, пока они забывались, оставляя в этом мире место лишь для них двоих.