- Думаешь, к Дриптонам так же? Может взять что-нибудь по типу «Птичьего молока» или сделать заказ в Метрополе?
- Тош, не обижайся, но если мы каждые выходные будет таскать сумки с едой, причём, заметь, не копеечный товар, все наши дальнейшие планы пойдут прахом.
- Ты права, милая, но раз обещал, слово надо держать. Хотя сладкие подарки можно трансформировать в премию, но ты права в главном – баловать раз в месяц куда ни шло, но не каждую неделю. Хотя по деньгам такие затраты не особо будут отражаться на кошельке.
- Тошка, это ты сейчас так говоришь, а как придёт время платить налоги, опять превратишься в скрягу? Давай уж заранее готовиться, а не в последний день.
- Ринушка, ты снова права. Мудрый кот, без которого себя не представляю.
- Ничего. Выйдешь замуж, тьфу… Женишься, и тебя будет волновать в первую очередь твоя жена. Семья, это самое важное для мужчины, отнюдь не сестра.
- Неправильно сказала. Жена, это близкий, но не родной человек. Сравнивать нельзя, да и зачем сравнивать, когда ты для меня всегда будешь стоять на первом месте. Мы ж с тобой практически одно целое, так чего говорить? Сегодня одна жена, завтра другая, может третья и четвёртая, а сестра всегда сестра, особенно такая, как ты. Ну, что такое? – Антон увидел, что Арина хлюпнула носом и отвернулась. – Котён, не плакать, прошу. Ты для меня не только самый близкий и родной человек на всём белом свете, а ещё верный и надёжный друг. Единственный, между прочим. И у меня, и у тебя, по сути, нет других друзей-подруг. Так, приятели, а всё потому, что мы с тобой неосознанно всех сравниваем со своей половинкой и понимаем, что остальные не могут нам стать настолько близкими, как мы с тобой. Так что не надо киснуть. Хочешь, не хочешь, а мы вместе до конца жизни. Знаешь, - Антон внезапно скривился. – Мне кажется, что ни Мара, ни Катя меня не любят так, как ты. Нет у них понимания меня. Нет… полной самоотдачи. Жертвенности, что ли. В момент обряда я почувствовал Мару всю, от и до. Искреннюю, нежную и любящую. Но сколько прошло времени, а сейчас, оказывается, она стала сомневаться в своём поступке. Так что загадывать с чужими людьми что будет, а чего не будет, нельзя.
- Спасибо тебе за надежду. Спасибо, братик. – Арина обняла Антона и тихо заплакала. – Не обращай внимания, скоро приду в себя. Мне страшно от осознания, что могу тебя потерять.
- Не потеряешь, обещаю. Успокойся, малыш, никуда от тебя не денусь. А сейчас давай ложиться, время позднее.
- Хорошо, но последнее. Знаешь, что меня тревожит? Вопрос с крылатым. Хоть ты и не дал согласия, но вдруг нам придётся куда-то лететь? Или вообще нас поставят перед фактом, что нужно будет отправляться на заражённые планеты. Тогда как?
- Тогда сразу отказ. Я не собираюсь рисковать ни твоей, ни своей жизнью за эфемерную благодарность чужого нам народа. Да, жаль, что такое с ними случилось, но мы не можем оказать всем помощь. Нам на своих людей времени и сил не хватает, так подписались лечить и на другой планете. Знаешь, Рин, честно скажу - я жалею, что дали согласие. Хотя придумать причину прекращения сотрудничества не такая и проблема. Мы с ними не подписывали никаких договоров и нигде не были обозначены обязанности нашей стороны, как и размер благодарности другой стороны. Предлагаю в эти выходные сьездить, а в следущие сделаем перерыв. Пусть задумаются, правильно ли они поступают по отношению к нам?
- Я двумя руками за, - Арина чмокнула брата в нос. – Если честно, устала мотаться туда-сюда. Без выходных уже сколько… Почему-то у местных сложилось мнение, что мы ИМ обязаны, с чего вдруг?
- И я задумался. У нас там времени свободного практически нет. Больница, лаборатория, а вместо отдыха – обязательно какое-то мероприятие. То их Полигон, где предъявили чуть ли ультиматум, что бы мы обучили местных спецов. Теперь этот непонятный приём, на котором нас сто раз просветили, раздели-одели и опять поставили перед фактом – давайте, работайте на благо чужого нам мира. И ладно б местные, а то Лиза подсуропила. Хотя, как мне кажется, вновь классическая театральная подстава, в которой мы оказались крайними. Обещаю, что при малейшем риске откажу в помощи, а насчёт куда-то лететь, вообще разговор прекращаем.