Когда сознание стало проясняться, первая мысль была о сестре – добрались до неё или нет. Делая вид, что продолжает находиться в бессознательном состоянии, прислушался – вокруг царила полная тишина, только где-то очень далеко с методичностью метронома капала вода. По ощущениям находился в подвале – тянуло сыростью и той вонью, присуще всем подвалам старого питерского фонда – одновременно пахло ржавеющим металлом, канализацией, сырой землёй и, казалось, давно сдохшимим крысами. Медленно приоткрыл глаза, совсем чуть-чуть, что бы оценить обстановку и через мгновение распахнул их полностью от ужаса и понимания что находится вокруг. Именно ЧТО, а не кто. Бетонный пол подвала был залит кровью, а вокруг лежали останки людей, разрубленных на куски, словно здесь поработал сошедший с ума мясник. Кровь была не только на полу, но и на стенах, правда, в виде уже загустевших клякс. И только сейчас Антон понял, что он сам не может сделать ни малейшего движения – сидел, точнее, раньше сидел, а сейчас лежал на спине, примотанный к металлическому стулу - руки и ноги к ножкам и тем, что когда-то было подлокотниками. Попытался пошевелиться, но в голову ударила боль от онемения конечностей. Закрыл глаза и как обычно «прогнал своё состояние. На удивление, кроме того, что не чувствовал рук и ног, организм был в удовлетворительном состоянии. И та химическая зараза, которой его напичкали, частично вышла естественным путём – он чувствовал, что не раз сходил под себя.
- «Что здесь произошло?», - мысли были заторможены, да и взгляд не мог нормальносфокусирповаться на окружающем. – «Кто эти люди? Если наскидку, здесь разделали как минимум четверых мужчин, может и больше. Плохо, что не могу различить лица. Одна голова, так вообще рядом лежит, но лицо незнакомо, к тому же слошь залито кровью. Надо отсюда выбираться. Только где я и как в таком виде выйти на улицу? Сколько сейчас времени?» - посмотрел по сторонам, но ни единого окошка не увидел. – «Между прочим, это тупиковая комната – железная дверь приоткрыта, а за ней не лестница, ещё одно помещение. Пить хочется и смыть с себя всю грязь. И всё же – кто эти люди?»
Антон, призвал в руку клинок, уже ожидал ощутить шероховатость рукояти, но… ничего не произошло. Ещё раз представил в руке оружие и вновь никакого отклика. Запаниковав, неожиданно ощутил в голове слабый отклик – ментальная составляющая его оружия была на грани распада, без сил, не имея возможности помочь своему владельцу. Парень, догадываясь, что произошло, собрал оставшиеся силы и, представив в голове облик оружия, единым импульсом отдал их своему ДРУГУ, ощутив, что его посыл достиг цели. Вместе с навалившейся слабостью тела, ощутил нарастающую энергию клинка. Хотел призвать в руку, что бы перерзать проволоку хотя бы на одной из рук, как внезапно из соседней комнаты велетел и упал рядом с парнем сначала один цилиндр, следом другой.
- «Гранаты? Какой идиот? Зачем?»
Антон послал мысль своему оружию, что бы то не проявляло инициативу, потому что это, скорее всегол, пришла на помошь. Почти одновременный взрыв погасил сознание, но уже на подсознани почувствовал, что его мысленный посыл дошёл до клинка.
* * *
- Тош. Антонька. Ты очнулся? Слава Создателю, – парень услышал голос сестры. – Как ты? Как себя чувствуешь?
Открыв глаза, увидел, что находится не дома, в больнице. Скосил глаза. Двухместная палата, вторая койка застелена. Значит, не рядовая больница. Скорее всего, ведомственная. И все мысли смело, когда щеки коснулась прохладная рука сестры, принося облегчение от боли и даря свежий приток энергии.
- Ты как? – не унималась сестра.
- Ка́ком, к счастью, не кверху. Скажи, где я?
Девушка смутилась. Потом решив, что лучше сразу сказать правду, выпрямилась. – В ведомстенной больнице.
- Папа подсуетился?
- Нет. Когда ему сообщили, ты уже находился здесь. Так что папу не вини.
- Ясно, - Антон прикрыл глаза, чувствуя во всём теле слабость. – Скажи, когда выпустят? Домой хочу. Я лучше там полежу, быстрее приду в себя. К тому же завтра на работу.
Арина отвела взгляд. И Антон понял, что тут что-то не сходится.
- Арин. Какой сегодня день недели? Только честно.
- Честно? Вопрос дурацкий. Хорошо, скажу. Сегодня среда, восемь вечера. Ещё вопросы будут?
- Как среда? – Антон хотел подняться, но понял, что не может сделать ни единого движения. – Да… Что со мной?
- Сейчас уже нормально, но поступил в больницу с травмами ног и рук. Это тебе пережали сосуды, хотя больше вреда принесли иглы, которыми ты был утыкан как ёж. К тому же из обеих рук торчали венозные катетеры. Тебя напичкали ТАКИМ количеством химии, что даже местные врачи были удивлены, что ты вообще до сих пор живой. Двое суток тебя чистили, промывали, но вывели из критического состояния. Одно могу сказать – я как могла поддерживала тебя, делилась энергией. Ты же её вытягивал из меня как пылесос. Казалось, улетает в бездонную бочку. К счастью, выжил.