Я бы не сказала, что уж очень. Я повыше с длинными русыми волосами, которые всё никак не соберусь перекрасить, мама недавно подстриглась под каре и волосы у неё темнее, но глаза у нас и правда одинаковые — голубые, неестественно яркие. И у прабабки такие же.
Либо он имеет в виду наше общее сонное состояние. Одинаковую растрёпанность, отсутствие макияжа, слипающиеся глаза…
— Слава богу, что дочь в меня пошла, — мама отодвинула отца и встала рядом со мной, нарочито обняв меня и склонив голову на плечо.
— Внешностью, дорогая. Исключительно внешностью.
Начинается. Внешностью в маму. Характером в папу. Умом в бабку. Своего нет ничего…
— Ты что здесь делаешь? — продолжила допрос мама.
— Вася! — не выдержала бабушка.
— Что? Гости среди ночи обычно не заваливаются.
Евдокия махнула рукой и направилась на кухню. Бабушка несколько секунд помедлила, смерила укоризненным взглядом мою мать, но потом тоже пошла туда же.
— Меня пригласила Анна Евгеньевна, — провожая её взглядом, сказал отец.
Мама скользнула взглядом по его бывшей тёще. Та обернулась, но зеленоватые глаза ничего не выразили. Похоже и её эта перепалка доконала. Ещё несколько лет назад она рьяно вступалась за моего отца, стараясь примирить родителей. Привело это только к тому, что кроме папы, мама испортила отношения ещё и с ней, но она хотя бы пыталась.
— Анна Евгеньевна, — с нажимом ответила мама, — может приходить в свой дом, когда ей угодно.
— Мам, ну хватит! — не выдержала я.
Надоело. Всё. Мне нужен кофе. В три часа утра, наверное, уже нет смысла ложиться спать. К тому же и не усну я.
— Ладно, проходите к столу, — вздохнула мать.
—Цианистый калий только не подсыпай, — попросил папа, чуть менее грациозным, чем у мамы до этого, движением придвигая меня к себе и уводя на кухню. Я шумно выдохнула и глянула сначала на него, потом через плечо на маму.
Та расплылась в вымученной приторно-сладкой улыбке.
— За ним к соседям идти надо. Если мышьяк найду, то положу.
Итак, отсчёт официально начался.
***
Уже скоро мы сидели в столовой. Папа и обе бабушки на одной стороне, мама и я на другой. Жако уселся на спинке прабабкиного стула. Мне пришло невольное сравнение её с пиратом, даже захотелось наколдовать повязку на глаз с изображением Весёлого Роджера, но я сдержалась. Обстановка и так была довольно напряжённой, воздух словно наэлектризовался, но в открытый конфликт это пока не выливалось, и я не хотела усугублять ситуацию неуместными шуточками.
— А дед где? — вместо этого поинтересовалась я, словно невзначай перекладывая нож для масла подальше от маминой руки.
Бабушка заметила это движение и улыбнулась. Впрочем, тут же помрачнела и недовольно передёрнула плечами.
— Сергей в Канаду отправился. Ему оборотни всегда важнее семьи были.
Я недоумённо на неё посмотрела.
— Он же других мирах специализируется… — не очень уверенно протянула я.
— Ну! — тряхнула головой бабка. — Как раз нашли в Канаде какой-то старый портал. Сейчас же парад миров будет. Ждут, что и этот откроется. А находится он в месте поселения оборотней, и, конечно, они были так любезны, что согласились в Новый год дать к нему доступ.
Бабушка отобрала у меня нож и начала остервенело намазывать масло на бутерброд. Отец на неё покосился, но промолчал.
— Не обращай внимания, — шепнула мне мама. — Твой дед в молодости чуть к одной волчице не ушёл, вот у неё теперь такое отношение ко всем оборотням.
— Ну и ушёл бы! — огрызнулась бабушка, нож выскользнул у неё из руки и упал на стол. — Жили бы в норе, вместе на луну выли. Она — по инстинкту; он — с голодухи.
Да. Сейчас дедушке голод точно не грозил. Бабушка готовила замечательно, в отличие от той же прабабки.
— А потому что мать надо слушать! — встряла Евдокия. — Я всегда говорила: гони ты этого Сергея.
— Мам!
— Жаль, что папа не приедет, — перебила её моя мать. — Я надеялась, что он поможет Стаське отправить дриад обратно.
— Это ты сейчас так вежливо сказала, что я ничего не умею? — натянуто улыбнулась я.
Вообще-то обидно. Не такой уж я и профан в магии. Не сказать, что обладаю гениальными способностями, но вполне себе выше среднего.
Зато папа заметно оживился, даже глаза заблестели. Последний раз я его таким видела, когда он познакомился с Марком. А сегодня на повестке дня были другие существа.
— Дриады?
Именно.
— Стаська, почему раньше не говорила?
Мама что-то буркнула про то, что он вообще не интересуется моей жизнью, но конфликт решила не развивать.
Впрочем, даже если бы захотела, то ей пришлось бы идти на второй этаж в мою комнату, потому что папу словно ветром сдуло, а из моей комнаты донёсся девчоночий крик.
— Фалана, — уверенно сказал Жако, перелетая на спинку стула, где только что сидел отец. — Не повезло девчонке.
— Или папе.
Мать задумчиво взяла шоколадную конфету и покрутила её в пальцах.
— Знаешь… — она склонила голову и посмотрела на меня. — Если действительно в данном случае «не повезло папе», то… ладно, пусть остаются, — она усмехнулась, разворачивая сладость. — И курсовые тебе ведь писать надо.
Господи! И это только начало…
***
Да. Продолжение было позже. Часов в девять утра, когда мы с мамой сидели на диване в гостиной, остальные родственники рассредоточились по всему дому, и я не знала, что конкретно каждый из них сейчас делает.
Как и ночью, комнату озарил свет портала, знаменующий прибытие очередных гостей.
На этот раз их было больше. Семь человек: мой дядя Михаил с женой и тремя детьми, и тётя Тамара с дочерью.
К тому времени мы уже успели привести себя в порядок, так что не смотрелись на фоне приодетых родственников, как путешественники, только что вернувшиеся из тайги.
Первым из портала вышел Михаил — высокий, широченный в плечах мужчина, коротко подстриженный, самый старший из детей Анны.
Он был вечным посредником между старшим и младшим поколением. Любимый сын и внук, весёлый брат и дядя, любящий отец и муж. Разумеется, пошёл по научной стезе, стал магистром заклинаний, сейчас работал преподавателем. Всё у него было хорошо.
Не считая того, что его жену мои родственники терпеть не могли. Особенно мама.
Темноволосая красавица Виктория была на десять лет его моложе и к науке имела такое же отношение, как я к балету. Это было бы ещё полбеды, в конце концов, прабабка не ставила себе цели устроить династию учёных, пока это складывалось само собой, но Виктория при этом обладала достаточно вздорным характером и некоторым снобизмом по отношению к немагической части населения. Так что любительница обычных людей моя мама и Тамара, даже побывавшая замужем за человеком без магии не вызывали в неё особенно добрых чувств.
Впрочем, взаимно.
Вот и сейчас Тамара, опережая всех, бросилась ко мне на шею, как бы невзначай задевая Викторию плечом. Та скривила губы, но промолчала.
Если бы не Михаил, то Тамара прибыла бы среди ночи. Для неё вообще время было расплывчатым понятием.
Но с братом она чувствовала себя спокойнее, вот и ждала, пока тот вместе со всей семьёй соберётся. И правильно. С родственниками отношения у неё были натянутыми настолько, что те давно приклеили ей ярлык позора семьи.
А вот я её обожала.
Хотя бы потому, что несколько подпортила её юность своим рождением, так как из-за разницы в тринадцать лет нянчиться со мной пришлось ей. К науке в отличие от практически всей моей семьи она не тяготела. В двадцать бросила университет и уехала во Францию, где через несколько лет вышла замуж за соседа, который не имел никакого отношения к магии.
В шоке была даже моя мать. Старшие родственники и вовсе были готовы на всё, чтобы Тамара и Пьер скорее развелись.
Они действительно развелись через несколько лет, нажив в браке прекрасную девочку-полукровку, которой как раз недавно исполнилось шесть.