– Если за мной зайдет мужчина, не могли бы вы сказать ему, что я заболела?
Женщина хмурится:
– Значит, это не семейные обстоятельства?
– Нет. У меня… э‑э‑э… болит живот.
– Болит живот. Мне так жаль, мадемуазель. А как выглядит этот мужчина?
– Очень короткие волосы. Ездит на мопеде. Его определенно еще нет. Я… Высокий такой. Хорошие глаза.
– Хорошие глаза.
– Послушайте, он единственный мужчина, который может обо мне справляться. – (Администраторша кивает, словно ни секунды не сомневается.) – Я… Он пригласил меня куда-нибудь с ним сходить сегодня вечером, и… это не самая удачная идея.
– Выходит… он вам не нравится?
– Ой нет, что вы! Он милый. Просто, ну… я совсем не знаю его.
– Но… как вы сможете его узнать, если отказываетесь пойти с ним на свидание?
– Я не знаю его достаточно хорошо, чтобы пойти с ним в незнакомом городе в незнакомое место. И возможно, с незнакомыми людьми.
– Надо же, как часто повторяется слово «незнакомый»!
– Вот именно.
– Значит, вечер вы проведете у себя в номере?
– Да. Нет. Не знаю. – Нелл топчется возле стойки администратора, понимая, как глупо все это звучит.
Женщина медленно оглядывает ее с головы до ног:
– Очень симпатичное платье.
– О, спасибо большое.
– Какая жалость. Что у вас разболелся живот. Ну да ладно. – Она улыбается и снова возвращается к своим бумагам. – Быть может, в другой раз.
Нелл сидит в номере и смотрит французское телевидение. Какой-то мужчина разговаривает с другим мужчиной. А тот усиленно кивает, отчего все его жирные подбородки непрестанно дрожат. Она то и дело глядит на часы, часовая стрелка медленно подползает к цифре восемь. У нее урчит в животе. Она вспоминает, что Фабьен вроде бы говорил о маленькой фалафельной в еврейском квартале. Интересно, каково это сидеть сзади на мопеде?
Она достает записную книжку, хватает с прикроватного столика шариковую ручку с логотипом отеля. И начинает писать:
ПОЧЕМУ Я ПРАВИЛЬНО СДЕЛАЛА, ЧТО ОСТАЛАСЬ В НОМЕРЕ
1. Он может быть убийцей с топором.
2. Он может захотеть секса.
3. Возможно, 1 и 2.
4. Я могу в конце концов оказаться в той части Парижа, которую вообще не знаю.
5. Возможно, мне придется разговаривать с таксистами.
6. У меня могут возникнуть проблемы с возвращением в отель поздно ночью.
7. У меня дурацкое платье.
8. Мне придется притворяться импульсивной.
9. Мне придется говорить по-французски или есть французскую еду на глазах у французов.
10. Если я рано лягу спать, то встану вовремя и спокойно успею на обратный поезд.
Она сидит, уставившись на свой аккуратно составленный список. А затем пишет на обороте:
1. Я в Париже.
Нелл еще раз смотрит на список. А потом, когда часы показывают восемь вечера, засовывает записную книжку обратно в сумку, хватает пальто и сломя голову бежит вниз по лестнице в холл отеля.
Он уже тут. Стоит, облокотившись на стойку, и болтает с администраторшей. У Нелл при виде его начинает пылать лицо. Она подходит к ним с отчаянно бьющимся сердцем, пытаясь сообразить, как объяснить свое странное поведение. Что бы она сейчас ни сказала, это будет звучать по-кретински. И сразу станет ясно, что она испугалась с ним встречаться.
– А… это вы, мадемуазель. Я как раз говорила вашему другу, что вы немного задерживаетесь.
– Ну что, ты готова? – Фабьен улыбается.
Нелл что-то не припомнит, чтобы кто-нибудь так радовался встрече с ней, если, конечно, не считать соседского кобеля, обожавшего совершенно неприличным образом тереться о ее ногу.
– Мадемуазель, если вы вернетесь после полуночи, вам понадобится специальный код для входной двери. – Администраторша вручает ей маленькую карточку. – Я так рада, что ваш живот прошел.
– У тебя что, болел живот? – спрашивает Фабьен, протягивая ей запасной шлем.
Парижский вечер холодный и промозглый. Ей еще ни разу в жизни не доводилось ездить на мопеде. Она где-то читала, сколько людей погибает в авариях с мопедами. Но все-таки надевает шлем, Фабьен уже в седле и машет ей рукой, чтобы присоединялась.
– Все в порядке, – отвечает она.
Только, ради бога, не дай нам убиться, думает она.
– Хорошо! Сперва мы пропустим по стаканчику, потом, возможно, поедим, но сперва я покажу тебе Париж, идет?