– Ты такой странный, – проговорила Дина.
Эта фраза была совсем не в ее духе, обычно она старалась вовсе не судить людей. Дина сама удивилась, как у нее это вырвалось. Видимо, она была изумлена происходящим сильнее, чем сама думала.
– Не говори, сам в шоке. – Антон не обиделся. – Интуиция, правда, у меня всегда была развита, но не ТАК. Дин...
– А?
– Так жить хочется.
– Живи...
– Ощущение такое светлое... наверное, это глупо, да?
– Ни капли. Плохо только, что оно для тебя ново.
– Ново. Я привык, что жизнь ко мне относится довольно... небрежно, что ли... и отвечал ей тем же. Когда-то даже думал о самоубийстве, но пассивно как-то, без малейшего желания действовать. Так, мысленные наброски: «А если бы... и ведь ничего бы... не страшно...» Редко о будущем думал: придет – тогда и посмотрим...
– Смысла думать о будущем нет – никто же его не знает. У Моэма есть хорошая фраза: «Знать прошлое достаточно неприятно; знать еще и будущее было бы просто невыносимо».
– Я недавно перечитывал Моэма, – оживился Антон.
– Я тоже.
– В день катастрофы на дороге.
– Да.
– Ты никогда ничему не удивляешься, а?
– Если я не показываю своих эмоций, это еще ничего не значит. «Слова - лишь бледные тени того бесчисленного множества мыслей, которые роятся у нас в голове».
– Подозреваю, что это снова не твое.
– И ты прав – это Драйзер. Но свое у меня тоже есть.
– О чем сейчас думаешь? М-м, если не секрет.
– Вспоминаю свой диалог с Надей.
«Ты влюбилась в него?» – «Наверное, должна...» Да... наверное, должна... это ее предчувствие любви... близко... и его появление... и его интуиция... и его... как бы это выразить? Причастность к ней... случайность ли? До этого она думала о Степе, но…
– Да, кстати, ты мне расскажешь, как вы с ней в автобусе столкнулись? А то я от нее подробностей так и не дождалась, – сменила тему Дина.
При мысли о друге ей стало не по себе. Она ощущала себя виноватой перед ним. Дала надежду – и отдалилась. Как капризная ветреная девчонка нетяжелого поведения. «Влюбленность, отношения, надежды… не мое все это, не умею я. Не умела. А разве сейчас что-то изменилось?»
– Да, конечно, – отозвался Антон. – На самом деле, шансов попасть именно в этот автобус у меня было крайне мало. Я уже ехал на другом, но вдруг мне стало душно так, что я чуть не потерял сознание – раньше такого никогда не было. Пришлось выйти, пройтись немного, а потом садиться на следующий.
– Душно? Хм...
– Надя тоже удивилась, когда я ей рассказал.
– Выходит, если бы тебе не стало душно, ты не встретил бы ее, а она не возвращалась бы потом, вспомнив, что должна передать мне твою просьбу позвонить, на нее бы не напали, она не упала бы с лестницы... я не поехала бы в участок, не оказалась бы на той дороге... и так далее... как все взаимосвязано.
– Стоп, – перебил Антон. – Можно по порядку?
И Дина рассказала ему все.
– Наконец-то я узнал, зачем ты ехала в полицию, – произнес он пораженно, когда она закончила. – Я тогда не стал тебя терзать вопросами... выходит, все это было фактически из-за меня?
– Ну-ну, при чем здесь ты. Надя могла бы сразу передать мне то, что ты просил, и ей не пришлось бы возвращаться. К тому же, на нее могли бы напасть и если бы она не возвращалась...
– Ты же сама предположила, что нападавшие не были уверены в том, ты ли это, а убедились, только когда она вошла обратно в подъезд и дошла до твоей двери.
– Это моя версия, не более. Кто знает, как было на самом деле. Может, они бы все равно напали, раз уж решили, что это я. Не могли же они рассчитывать, что жертва повернет обратно и укажет им путь до своей квартиры...
– Не успокаивай, – снова прервал Дину Антон. – Все из-за меня. У меня были предчувствия, что с тобой может что-то случиться – и я же чуть не стал этому причиной... Ты из-за меня еще и с работы ушла! Ты мне еще вчера сказала, что у тебя теперь связаны с ней дурные воспоминания... – Его голос был совершенно убитым.
– Я ушла, потому что осознала свои ошибки. Из-за моего упрямства, которым я чуть ли не гордилась, пострадала моя лучшая подруга. Будь на ее месте я – как это и было задумано, – я бы не стала уходить, даже наоборот, доказала бы, что меня такими методами не испугать и я намереваюсь писать то, что считаю нужным. Но Надя – это уж слишком. Возможно, редактор должен быть мне благодарен: теперь он наймет сотрудника, который не будет ставить ультиматумов и тупо настаивать на своем. Наверное, я чересчур люблю высказывать свое мнение. Лучше уж великих цитировать. – Дина не удержалась от горестной усмешки.