– Ты чего орешь? – осведомился он. – А ну убирайся!
– Там мои друзья, – пояснил Антон, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. – Они протянут мне деньги через турникет, и я пройду внутрь. – Его взгляд был все еще прикован к парочке: они безвозвратно удалялись. На всякий случай он окликнул еще раз, чем добил охранника.
– А ну-ка вон! – рявкнул тот и толкнул Антона к выходу.
Не успел он оглянуться, как оказался на улице перед закрытыми дверями.
«Ничего, – слегка ошеломленно, но почему-то очень уверенно повторил он про себя. – Я справлюсь. Я вытащу ее отсюда во что бы то ни стало». На секунду мелькнула мысль: «Зачем? Никакого пожара нет, зря переживал – подумаешь, огненное шоу... дай же ты девушке отдохнуть нормально без твоих предчувствий и кошмаров!»
Еще несколько мгновений Антон просто вдыхал свежий воздух, ни о чем не думая, а потом резко подвел черту: «Если с ней что-то случится – ни в чем больше не будет смысла».
Полный решимости, он вернулся к дверям клуба, от которых отошел было на пару шагов, – что именно он собирался делать, Антон пока не сформулировал, знал только, что обязательно проникнет в здание, – и тут его плеча коснулась чья-то рука.
– Дина! – обрадованно вырвалось у него, и в следующую секунду он с недоумением уставился на девушку, стоявшую перед ним. – А, м-м, Катя... здравствуй.
Похоже, не услышав, как Антон назвал ее поначалу, она как ни в чем не бывало отозвалась:
– Привет! Собираешься в клуб?
– Да, вот только... – Тут его осенило. – Сейчас-то мы и рассчитаемся! Хотя бы отчасти.
– В чем дело? – слегка отпрянув, удивленно спросила Катя.
– Мне нечем заплатить за вход. Те три тысячи ты мне вернула, но, помнится, я потом выручил тебя в кафе...
– Вот оно что, – с легким укором протянула она, зачем-то накручивая локон на палец. – Не ожидала от тебя…
«Сейчас заявит, что она все еще бедная студентка и денег как не было, так и нет. Но человек, у которого не хватает на еду, не пойдет в платный ночной клуб. Если только за него не платит кто-то еще. Но, похоже, сегодня она одна».
– Я сам не ожидал, что мне придется выслеживать тебя, чтобы ты вернула мне долг, – парировал Антон механически.
С очень недовольным видом Катя извлекла из сумочки крохотный розовый кошелек.
– Ладно. Кое-что у меня есть. Пошли.
– Есть в тебе что-то человеческое. – В порыве радости чмокнул ее, почему-то в затылок, отчего Катя улыбнулась и пробормотала что-то кокетливым тоном, но он ее не услышал.
Он очутился в просторном помещении, которое, однако, было так забито людьми, что казалось даже тесным. Сотни девушек извивались, изгибались под грохочущую музыку, чересчур откровенно прижимаясь к парням – своим и, возможно, чужим; на сцене танцевали две почти обнаженные девицы... («Как их там называют? Не стриптизерши, а как-то поприличнее... гоу-гоу», – промелькнуло в голове у Антона). Здесь царила очень характерная для многих ночных клубов атмосфера – расслабляющая и при этом располагающая к чему-то агрессивно-эротическому.
«А что если ты найдешь ее здесь в объятиях другого? Может, для нее это вполне нормальное, даже невинное развлечение... ты все еще не знаешь наверняка, что у них было со Степой...»
– Нет! – проговорил он вслух (здесь его все равно бы не услышали).
Если бы Антон мог, он отбросил бы эту предательскую мысль не усилием воли, а с применением физической силы, швырнув об стену, как мяч.
– Что же ты не танцуешь? – появившись за его спиной, прямо ему на ухо крикнула Катя.
Подскочив от неожиданности, он пробормотал:
– Я ищу кое-кого...
– Что?
Антон наклонился к ней так, что почти коснулся губами ее кукольно-светлых крашеных волос и повторил фразу. Катя закивала в знак того, что поняла и, поднявшись на цыпочки, крикнула в ответ:
– Здесь трудно кого-то найти! Народу полно! Пошли со мной, тут мои друзья!
Ага, значит она все же не одна.
– А огненное шоу закончилось?
– Должно начаться в полночь! Это через пару минут! Любишь игры с огнем? Я – очень. – Катя как бы невзначай положила руку ему на плечо.
Но едва ли можно было найти во всем клубе человека менее настроенного на флирт, чем Антон. Непонимающе глянув на нее – будто пытаясь определить, с какой планеты она свалилась, – он сказал (уже не на ухо и не очень заботясь о том, чтобы его услышали):