– Уже напились и свалились?
– Не встревай, я сказал!! Между прочим, час ночи. Мой сын тоже давно спит... а вот Ира, моя жена, как раз сейчас стелет постели. Прошу в дом, я вас познакомлю.
Валера первым вошел в единственную освещенную комнату, и послышались приглушенные голоса:
– Вот и они.
– Уже? Я даже не успела постелить!.. Пусть заходят.
– Здравствуйте. – На спокойном лице Дины, оказавшейся среди незнакомых людей, не было и тени смущения – только уверенная полуулыбка.
– Вы Дина? Очень приятно, Ира.
Во взгляде жены Валеры мелькнуло что-то вроде удивления: Дина не была похожа на девушку мечты, ради которой можно сорваться и уехать куда-то в ночь без опыта вождения, да еще на огромной скорости. Она готовилась увидеть рафинированную блондиночку, а эта... вряд ли она вообще нуждалась в том, чтобы ее кто-то спасал.
Как и Антон, Ира сразу же почувствовала исходящую от Дины силу и тоже мысленно сравнила ее с королевой. «Держится как коронованная особа... однако без надменности. Пожалуй, тут есть во что влюбиться... и, наверное, есть что полюбить», – сделала вывод Ира и, оторвав от новой знакомой чересчур долгий взгляд, повернулась к мужу:
– Поможешь? Подержи пододеяльник. Да не так, за края! Ох уж эти мужчины, ничего в быту не смыслят...
– Я помогу, – быстро вызвалась Дина.
– Отлично! Вдвоем мы быстро справимся... Совсем другое дело!
Они постелили одеяло на двуспальную кровать, и Ира немного смущенно произнесла:
– У нас осталась только одна тахта на втором этаже. Ничего, если я постелю вам на двоих?..
Антон вспыхнул и перевел взгляд на Дину. Она ободряюще улыбнулась ему и повернулась к хозяйке:
– Конечно, как вам удобно.
Сказано это было именно тем тоном, каким следовало: уверенным, вежливым, мягким, без намека на фривольные нотки.
– Вы такая необычная, – вырвалось у Иры искренне. – Вы меня просто покорили. Я понимаю Антона.
Дина улыбнулась.
– А у вас нет предубеждения насчет неженственных девушек?
Она попала в самую точку: Ира всегда считала, что особа женского пола должна носить платья, краситься розовой помадой и вообще по возможности стараться быть похожей на Барби (в ней самой, определенно, было что-то кукольное).
– Если и так, вы явное исключение, – признала Ира, даже не подумав, что это бестактно – разговор с Диной, как и ее облик, предполагал естественность.
– А насчет курящих?..
– Хм... нет, ничего не имею против них. Но против запаха табачного дыма в доме.
– Естественно. Я покурю перед сном около дома, хорошо?
– Как хотите.
– Спасибо. Тогда доброй ночи.
– Спокойной ночи.
Антон появился на крыльце, прежде чем Дина успела достать зажигалку.
– Давай вместе – по традиции, – сказал он и достал из кармана пачку сигарет. – Хочешь мои?
– В таком случае, ты возьмешь мои.
– Идет.
– И больше сегодня никто из нас не притрагивается к сигаретам.
– Да.
– До меня ты, кажется, не так часто курил? Незачем формировать привычку. У нас будет еще много традиций, помимо этой.
Антон энергично закивал. Сейчас он готов был соглашаться с любимой, даже если бы она предложила ему вместе убить человека. У него было странное состояние: облегчение, хрупкость момента и тишина ночи органично вплетались в сложный, великолепный узор его чувств к Дине. Наверное, именно это люди и называют счастьем: полную гармонию с собой и окружающим миром в текущий момент.
Они закурили.
– Точно не жалеешь, что уехала со мной?
– Прости, но это глупый вопрос.
«Ну да, чего я ожидал... не сантиментов же...»
– Не жалею. Потому что почувствовала, что так будет правильно и просто потому что хотела этого, солнце, – внезапно добавила Дина.
– «Солнце»? – не поверил ушам Антон. – Ты же ненавидишь эти словечки, как и... ой.
– Как и ты, знаю. Просто тебе сейчас хотелось чего-то подобного, правда?
– Да... именно сейчас... как ты догадалась, что...