– Я ведь написала ей, что у меня проблемы с сетью и я сама позвоню, как только соберусь домой.
От резкого звонка вздрогнули оба.
– Это надо ж додуматься – сделать сигналом собачий лай, – проворчал Антон.
Ничего не ответив, Дина взяла трубку.
– Мама?
– Ну наконец-то! Что у тебя с телефоном?
– Я же говорю… – начала дочь, но, похоже, ответ вовсе не интересовал мать. То как-то подозрительно запинаясь, то слишком торопясь, она произнесла:
– Ты сегодня не слушала радио? А телевизор не смотрела? А, ты только что встала… во сколько, кстати, ты вчера уехала из клуба? Хорошо спала? А чей это телефон, одного из твоих друзей? Ты мне о нем рассказывала? С тобой точно все нормально? – Мама наконец замолкла: похоже, из всех предыдущих последний вопрос был наиболее важным.
– Да, мам. Что стряслось? Надеюсь, с тобой и папой ничего?
– Нет, мы в порядке. В первый раз я звонила, чтобы выяснить…
– Что случилось, мам?
– М-м… я хотела знать… точнее, Надина мама хотела уточнить, оставалась ли Надя в клубе, когда ты уехала. Мы надеялись, что нет. Когда она узнала… она звонила тебе, потом мне… а потом уже по телефону для справок…
– Узнала что?
– Там произошел пожар. Много пострадавших. И, к сожалению, погибших.
– Огненное шоу..?
– Именно.
– Надя могла успеть уехать. Ее парню было плохо, и… – начала Дина.
– Она не успела уехать, – мягко прервала ее мать. – Теперь это… уже известно. Ее маме все сообщили по телефону. У Нади были с собой некоторые документы, частично уцелевшие…
– Она сильно пострадала? – Дина сжала сотовый в ладони.
– Увы…
– В какой больнице она находится? Я сейчас приеду.
– Она не в больнице. Боюсь, она ОЧЕНЬ сильно пострадала.
– Она…
– Дина… – Послышался тяжелый вздох. – Надя не выжила.
– Как?
– Погибших было много… Уже второе кошмарное ЧП за последнее время, бедный наш город...
– Но она же не погибла! Этого просто не может быть, – настойчиво сказала Дина, будто ожидая, что мать опомнится и возьмет свои слова обратно. – Нет, только не она!
– Мне очень жаль, дочка… Дочка?.. Алло! – повторила мать и услышала безжизненное:
– Ладно, мам. Я скоро приеду. Пока.
Все еще держа в руках телефон, Дина прислонилась к стене – так резко, что чуть не ударилась головой, но, кажется, даже не заметила этого. Антон машинально взял у нее сотовый Валеры и отложил в сторону.
–Убери его с края тахты, а то упадет, – отсутствующим голосом среагировала Дина.
Он потрясенно уставился на нее. Ощущение было странное: будто она находится рядом, но при этом разговаривает откуда-то из космоса. «Помехи в эфире», – некстати всплыло в голове Антона.
– Что произошло? – спросил он и затаил дыхание.
– Расплата.
«Она тоже думала, что придется платить…»
– Надеюсь, тебя она не ждет, – закончила Дина жестко.
– А я надеюсь, что ждет. Было бы справедливо. – Антон смутно догадывался, но все еще боялся о чем-либо спрашивать.
Впрочем, в этом и не было особого смысла. Он слышал все, что Дина говорила маме по телефону.
– Не знаю, что считать справедливым в мире, где можно просто так в любой момент лишиться жизни. За что они все поплатились?
Голос Дины становился все громче, и Антон, ошеломленный происходящим, ожидал, что она вот-вот закричит, но вместо этого Дина заплакала. Не навзрыд, почти беззвучно – только слезы струились по щекам. Антон молча сгреб ее в объятия и спрятал ее лицо у себя на груди…
Там, на мансарде дачного домика его брата, сидя на еще не застеленной постели, где она еще недавно занималась любовью с Антоном, занималась любовью впервые в жизни, Дина выплакала все слезы о подруге. Жгущая боль осталась в ее душе, но даже на похоронах, стоя рядом с раздавленными горем родителями Нади, она уже не проронила ни слезинки.
Глава 8. Неподходящее время для ревности
Так всегда в жизни: мы-то стараемся,