– Ты не виноват.
Ее не покидала все та же мысль – уже истрепанная и проевшая все внутри кислотой за эти дни: «Вот если бы там была я, я бы ее спасла». Антон возражал ей на это, что она бы не только никого не спасла, но и могла бы не спастись сама – недаром же у него было острое предчувствие, что надо забрать ее из клуба. Но Дина почти не думала об этом. От того, что она была на волосок от гибели, сходили с ума ее родители (мать повторяла, что умерла бы от разрыва сердца, едва услышав о пожаре, если бы не знала, что Дина уехала из клуба), но не она сама. Несколько раз Дина даже ругала про себя Антона, что он спас ее – ему она, разумеется, ничего не говорила (но это не означало, что он ничего не знал).
Разговор Дины с Лешей постепенно перетек в менее опасную плоскость: они все еще обсуждали пожар, но, по
крайней мере, не обстоятельства смерти Нади. Дина рассказала ему то, чего он еще не знал: по факту происшествия возбудили уголовное дело. Поскольку сгоревший клуб не отвечал требованиям пожарной безопасности (некоторые элементы интерьера были деревянными, да еще и эвакуационный выход оказался заблокирован), следователи задержали учредителя клуба и предпринимателя, занимавшегося организацией шоу. Им может грозить срок.
– Надеюсь, приличный, – злобно произнес Леша, услышав об этом.
– Еще бы. Из-за них лишились жизни полсотни человек, даже больше… а уж сколько пострадавших…
– А что все-таки случилось? Уронил этот тип обруч или нет?
– По предварительным данным, да. Но, говорят, пожар мог разгореться в любую минуту. Организаторы допустили один просчет. Знаешь, как делаются эти шоу? На подиум подается газ, который поджигается, горит вроде как безопасным пламенем и испаряется дымом. В результате получается эффектное зрелище. Но для таких забав нужен точный расчет концентрации газа. Вот тут и закралась ошибка. Предполагают, что это и стало причиной пожара, – сообщила Дина.
– Ты много знаешь, я смотрю.
– Внимательно следила за новостями.
– Зачем? Не очень-то приятная тема.
– В этом пожаре погибла моя лучшая подруга, – резко напомнила Дина. – Знаю, что ей уже не помочь. Но, по крайней мере, я смогу пронаблюдать, как накажут виновных.
– Там мог оказаться мой лучший друг, – вдруг сказал Леша.
– Ты хотел пригласить его и познакомить с Надей?
– Не-ет. Терпеть не могу всех друг с другом знакомить. Мне кажется, придет время – и все произойдет само, естественно. Я и с тобой особо не хотел специально встречаться, но Надя прямо загорелась этой идеей. И… она, конечно, просила тебе не говорить, но теперь-то что… она хотела, чтобы я пригласил друга для тебя. Но ты не должна была ничего знать. Она сказала, у тебя страшная неразбериха в личной жизни…
– … и решила взять дело в свои руки, – чему-то улыбнулась Дина. – Трогательно.
– Да. Она так долго это планировала, все уши прожужжала мне тем, как это будет хорошо… а потом вдруг, наоборот, стала настаивать, чтобы друга не было. Я так понял, твоя личная жизнь резко наладилась, – саркастически сказал Леша. – Но за два дня до нашего похода она неожиданно позвонила и снова начала уговаривать меня пригласить друга.
«С Антоном познакомилась», – мысленно отметила Дина.
– В день похода она вроде как опять передумала.
– Это мы с ней поговорили…
– К счастью, за все это время я так и не успел позвонить другу. Знал, что он никогда не отказывается от тусовок, ему можно сообщить хоть за час. Но в тот день, когда мы собирались в клуб, он сам объявился и сказал, что уезжает на несколько дней из города. Спонтанно. Так вышло.
– Он и не узнал, что ты хотел его пригласить?
– Естественно, после этого я уже не стал ему ничего говорить.
– Он в курсе того, что с тобой случилось?
– Конечно. Он уже в городе и навещал меня несколько раз.
– М-да.
– Отличная у тебя была подруга. Обожала тебя.
– Я… да.
– Все время о тебе говорила.
– Что же говорила?
– Что ты очень умная. Кучу книжек прочитала, писателей цитируешь…
– Ее же это бесило.
– Может и бесило, но в душе она восхищалась. Повторяла вечно, что у тебя жизнь полная и интересная, не то что у нее…