Аккуратно приподнимаю ее бедра и врываюсь в узкое лоно резким толчком, от чего она хрипло стонет, но не разрывает поцелуя. Опускаю руки ниже и начинаю насаживать Николь на себя.
Тишину квартиры нарушает лишь звук наших разгоряченных тел, что бьются друг о друга в попытке получить то самое наслаждение, которого мы были лишены так долго. И наши дыхания, которые сплелись воедино, ведь мы сейчас с ней совсем близко.
Острые коготки впиваются в мои плечи, а рассеянный взгляд в глаза. Николь двигается мне навстречу, подмахивая бедрами, а затем откидывает голову назад.
Толчок за толчком я врываюсь в ее податливое лоно и прикрываю веки от удовольствия. Еще толчок, и я чувствую, как она сжимается вокруг меня. Еще один, и я изливаюсь в нее, произнося имя моей девочки. Настоящее имя.
Глава 25
Кайл
То ли из-за выпитого алкоголя, то ли из-за мощного оргазма, который накрыл мою девочку, но она отключается прямо на моих руках. Я укладываю ее на себя, словно маленькую, и ласкаю взглядом кукольное личико, которое освещают лишь огни города из окна.
Она мирно спит в моих руках, и кажется, что все стало на свои места. Мы снова вместе, у нас потрясающий секс и мы без ума друг от друга.
Но правда в том, что хоть Николь и тянется ко мне на подсознательном уровне, но я все равно для нее пока что чужой. Могу представить, какой рой мыслей будет в ее милой головке, когда она проспится и вспомнит, что произошло.
Да, я воспользовался тем, что она была пьяна и податлива. Но я сам мало чем отличался от нее. И теперь, немного протрезвев, начинаю соображать, что приехать к ней на ночь глядя было не самой лучшей затеей. Но если бы мне дали второй шанс, чтобы исправить сегодняшний день, я бы им не воспользовался. Слишком велико было искушение. Слишком сложно было устоять.
Прокручиваю в голове сегодняшний вечер и не могу понять, когда щелкнул переключатель и я понесся к Николь, словно мальчишка. После разговора с ее сестрой? Или после нескольких стаканов виски, которые я влил в себя, чтобы заглушить доводы рассудка?
Я должен что-то сделать. Я не могу просто продолжать сидеть в сторонке и наблюдать, как этот ублюдок пудрит ей мозги и лепит из них с Николь примерную семью. Я должен ее забрать… Домой, к родным… туда, где ее ждут и любят.
Хотя, кажется, любовью Николь не обделена. Джон печется о ней, как курица-наседка. И вот, сейчас, он вместо того, чтобы решать проблемы, которые я ему создал, летит ближайшим рейсом домой, к «жене». Ведь ее телефон был весь день вне зоны доступа. Показательный муж, мать его.
Вопрос лишь в том, когда он воспылал высокими чувствами к МОЕЙ жене?! Он что-то испытывал к ней, когда похищал, или изначально это был лишь план мести, переросший с его стороны во что-то большее? Мне не залезть к нему в голову и не узнать правду, но я благодарен судьбе, что все сложилось именно так, как сложилось, и мою малышку не тронули. Еще и спрятали даже от моих врагов так, что еще поискать нужно.
Только вот я все равно не собираюсь собственноручно подарить Николь другому мужчине. Больше чем я, ее никто не сможет полюбить. Потому что такой любви не существует в принципе.
Провожу костяшками по лицу малышки и пытаюсь вспомнить, когда я так делал в последний раз. Кажется, это было давно… Еще до всей этой суматохи со знакомством с моей матерью.
Эти глупые проверки матушки кого угодно заставят нервно заглатывать таблетки валидола. Но было весело. Никогда не забуду лицо Николь, когда она поняла, что ее попросту разыграли, а моя мать никакая не страшная мегера, а вполне себе добродушная женщина.
А затем путь до аэропорта и авария, в которой я потерял больше, чем жизнь. Я потерял ее. И пусть постепенно, шаг за шагом, но я верну Николь и наше с ней счастье.
Поднимаюсь с кресла, а в руках держу мою прекрасную спящую нимфу, которую стоит уложить в постель.
Бреду по квартире и захожу в одну из спален, дверь в которую была на распашку. Судя по косметике на туалетном столике, это комната Николь. Или же их общая с Джоном.